Болградский район Одесской области прогремел на всю страну. Местные депутаты решили ввести в качестве региональных сразу три языка: болгарский, гагаузский и русский. «За кадром» остался лишь албанский. Хотя его тоже можно услышать в этих местах, он не преодолел положенную по закону «планку»: для того чтобы этот язык стал региональным, его должны использовать 10% населения, а албанцев — всего лишь 3%. Наш корреспондент отправился в командировку, чтобы разобраться в особенностях необычного региона.

Болград: город болгар

На первый взгляд, языковый вопрос в Болградском районе не самый актуальный — большинство наших собеседников слышали новость лишь краем уха, другие же узнали об этом только от нас. Но мнения у местных жителей сходятся в одном — три региональных языка району жизненно необходимы.

«Болград — это город болгар, — рассказывает житель района Юрий Димов. — Наши предки переселились сюда в XVII веке из Болгарии, спасаясь от османов, и нас здесь подавляющее большинство. То, что наш язык в районе должен быть региональным, очевидно. Если же оставить его в качестве «языковой» диковинки, он исчезнет. А наши дети забудут язык предков».

«Когда меня спрашивают, кто я по национальности, всегда отвечаю: «Бессарабец», — говорит экс-архитектор Болградского района Петр Тронев из села Жовтневое. — Моя мама — чистокровная албанка. Отец — болгарин. Я прекрасно владею тремя языками: болгарским, албанским и русским. Думаю, что три региональных языка — это правильно. Конечно, украинский язык как государственный нужно знать. Но в границах района он не в ходу — на нем никто не говорит. Кстати, при экс-президенте Ющенко власть попыталась ввести обязательное преподавание в школах на украинском. Но попытка с треском провалилась — все родители были против».

Довольны изменениями и гагаузы. На русском они говорят с акцентом. А украинский вообще с трудом понимают. «В украинском для нас слишком много мягких звуков», — жалуется строитель из села Жовтневое Семен Кышлалы.

«Государственный язык тяжел не только для гагаузов, но и для болгар, — рассказывает учительница Мария Краева. — В тех школах, где преподают предметы на украинском языке, ниже успеваемость. Поэтому в большинстве школ нашего района преподают на русском языке. А вместо украинского читают болгарский».

Ничего неожиданного

Не против нововведения и большинство местных госслужащих. По их мнению, особых проблем три региональных языка им не доставят. «Среди сотрудников районной милиции много болгар и гагаузов, — говорит начальник Болградского райотдела МВД Владимир Бачур. — Если люди напишут заявление в милицию на болгарском или гагаузском, мы его прочитаем и примем меры! Но лучше, конечно, чтобы заявляли на русском или украинском. Так проблем все-таки будет меньше». Между тем в областной власти решение Болградского райсовета восприняли без энтузиазма. «Это решение лоббировал нардеп Антон Киссе, — рассказал нам на условиях анонимности один из чиновников облгосадминистрации. «На мой взгляд, оно раскачивает и без того шаткое языковое равновесие в Украине». В свою очередь, сам народный депутат ВР Украины Антон Киссе уверен, что три региональных языка жизненно необходимы Болградскому району. «При наличии государственного языка это единственное спасение от языковых раздоров», — считает он. В то же время глава Одесского облсовета Николай Пундик не видит в решении Болградских депутатов ничего неожиданного: «Райсовет принял решение в русле действующего Закона Украины о региональных языках. Документ предусматривает введение регионального языка, если в районе проживает более 10% его носителей. Так что ничего экстраординарного в этом нет».

Язык – не проблема

Любопытно, что попасть в Болградский район можно попасть по ухабистой автотрассе «Одесса – Рени» (в просторечье ее называют «Дорога жизни»). Состояние этой дороги — зеркальное отражение плачевного уровня местной экономики и жизни. По официальной статистике, на одно рабочее место здесь претендуют 13 безработных. А средние зарплаты в районе колеблются в пределах 1200–1500 гривен. Поэтому половина населения вынуждена искать заработков за границей или в других регионах. «Если ты по национальности болгарин, то можно без проблем получить паспорт и гражданство Болгарии, — говорит жительница района Евдокия Бербер. — Так делают 90% болгарской молодежи. Но украинские паспорта не сдают. В то же время гагаузы или русские уроженцы Болградского района, чтобы уехать в Болгарию, женятся и выходят замуж за болгар. У меня дочка и зять уже пять лет как живут в Болгарии. Зарабатывают там по 800–1000 евро в месяц и помогают нам. А вот албанцы, наводят мосты, чтобы переехать к нам. В Болградский район уже наведывались несколько «разведчиков» из Косово, присматривая места для будущих поселений рядом с сородичами».

Во времена Российской империи — район беженцев

Из 77 800 жителей района почти 70% — болгары, около 15% — гагаузы и 3% — албанцы (остальные — в основном русские и украинцы). Основной межнациональный язык общения в районе — русский. Однако есть села, где на болгарском, гагаузском или албанском языке говорит подавляющее большинство. Столь разнообразный языково-национальный коктейль получился в результате бурных исторических коллизий. К России регион был присоединен после Русско-турецкой войны 1806–1812 годов и сразу получил статус района для беженцев (власти охотно принимали и давали земли общинам иммигрантов из османской Турции — албанцам, тюркам-гагаузам и болгарам). С 1856-го по 1878-й и с 1918-го по 1940-й принадлежал Румынии. А с 1940-го по 1941-й входил в состав Молдавской АССР, был оккупирован румынами и немцами с 1941-го по 1944 год. Последние, в отличие от российских властей (позволявших нацменьшинствам учить детей на родном языке), сразу ввели в школах румынский язык. «За слово на албанском языке румынская учительница била линейкой по рукам, — вспоминает албанка Софья Мицела. — Все предметы вели только на румынском, хотя его никто не понимал. А когда пришли Советы, многим пришлось повторно проходить школьный курс». Уже после войны (вплоть до 60-х годов) в болградских школах были нулевые классы — для детей, говоривших дома на болгарском, гагаузском и албанском языках. Прежде чем идти в первый класс, они обучались русскому языку.

Евдокия Бербер: «Албанский должен стать четвертым региональным!». Фото: А. Сибирцев, "Вести"

В девяностые годы многоязычные бандиты

В середине горячих девяностых годов в Болградском районе (как и по всей стране) появились доморощенные бандитские бригады. «Но у нас братки были мягче, — вспоминает местный предприниматель Вячеслав Иванов. — Если рэкетировать приходил гагауз, нужно было заговорить с ним по-гагаузски или рассказать, что у тебя есть родственники-гагаузы. Тогда он мог тебя помиловать. Если бандитом был болгарин, то все проблемы решались после рюмки ракии и упоминания о предках-болгарах. Так что говорить сразу на трех языках мы давно привыкли».