Раннее утро. Возле супермаркета на Архитекторской подсаживаюсь в белый «Рено» подразделения специального назначения милиции общественной безопасности (бывший «Беркут»).

У бойцов только началась смена, и экипаж из трех бойцов находится в режиме свободного патрулирования. Старший патруля, Денис, сразу предупреждает: «Ты не думай, что мы молчаливы и надменны. Просто сложно и всматриваться, и разговаривать. Но ты не стесняйся, спрашивай». 

Немногословный старшой постепенно разговорился: «Основной вид дневных преступлений — угон автомобиля или кража. В меньшей степени сталкиваемся с грабежом. Поэтому постоянно приходится петлять между рядами на громадных парковках «Вузовского», «Сити-центра» и «Эпицентра». Ребята молчаливо просматривают улицы сквозь открытые окна. От этого в машине до ужаса холодно, и я греюсь исключительно в мыслях. Вскоре и сам вместо разговора утыкаюсь в окно и стараюсь выглядеть в машине не левым. Но от постоянного напряжения быстро устают глаза. «А ну, Ромка, крутанись за этим «Ланосом», что-то они странно провожали нас взглядом», — говорит старший, и водитель резко уходит на разворот. Но увы, «Ланос» скрывается в потоке машин, и, покрутившись по району, экипаж возвращается к свободному патрулированию. Периодически проверяем автомобили. «Сейчас каждый может перевозить оружие, и люди относятся к нашей работе с пониманием», — улучив минуту, поясняет третий боец, Игорь.

Подозрительная сумка

День проходит достаточно спокойно, и, почти окончательно замерзнув, решаюсь заскочить домой, чтобы одеться потеплее, тем временем меня сдают следующему экипажу, который уже поджидает на Базарной. «Оперативная обстановка такова: обнаружена мужская сумка, в которой, по подозрению местных жителей, может находиться взрывчатое вещество. Сейчас силами экипажа движение перекрыто. На место вызваны необходимые службы, а жители прилегающих домов оповещены с просьбой не подходить к окнам», — разъясняет старший группы по имени Валерий. Периодически милиционер обращается к прохожим с просьбой не задерживаться. «Не дай Бог, действительно взрывчатка, время такое, и район взрывоопасный», — констатирует милиционер. Сама же находка объясняется просто — одесситы все еще помнят череду декабрьских взрывов и на подозрительные предметы реагируют быстро. «Как-то раз пришел вызов на ж/д вокзал с подозрением на взрывчатку. Пять утра, и людей было мало на улицах, но все равно поспешили туда. Оказалось, кто-то бросил пакет с мусором», — вспоминает Валерий, постоянно оглядываясь по сторонам.

Тем временем прибывшие на место взрывотехники развеяли опасения — сумку «сбросили» после кражи. Внутри остались лежать в беспорядке документы, банковские карточки, личные вещи и даже презервативы. На месте уже работала оперативная группа, и потому мы тут не нужны. Тем временем ребята подшучивают: «Зря ты в Приморский район поехал — тут зачастую тихо. Я свяжусь с ребятами, передам тебя на Суворовский», — говорит мне Валерий. Передача журналиста между экипажами происходила под Пересыпским мостом, на границе районов. А оттуда — сразу на вызов.

Криминальный «ПосКот»

По рации оперативный дежурный доводит обстановку — разбойное нападение на квартиру. «Как подъедем, сразу надень бронежилет», — отчеканивает каждое слово командир. Однако нам дают не тот адрес, и мы промахиваемся домом. Разобравшись, находим нужный дом и этаж. Лестничная площадка залита пятнами крови, дверь открыта. Заходим в тамбур, общий на две квартиры, тут бордовых луж намного больше — в них, практически, весь пол. Впереди идет второй номер, Женька, прикрываясь бронещитом. Я пока остаюсь на лестничной площадке. Оказалось, обычная бытовуха. Хозяин квартиры пригласил в гости друга и крестную своего малыша. Между гостями и завязался конфликт, в результате которого было разбито стекло стенного шкафа. Его осколками хозяин получил резаную рану ноги. Тут подоспел и наряд патрульной службы, который тоже заблудился, зато по счастливой случайности обнаружил в одном из дворов гостя. Дожидаемся скорую, которая, перебинтовав ногу, забирает потерпевшего в больницу, а мы в составе уже двух экипажей отправляемся в отделение.

В райотделе долго прохлаждаться не приходится — в супермаркет на Паустовского заявился мужчина с охотничьим карабином. По дороге боевая двойка надевает бронежилеты и каски. Следом за нами идет машина патрульной роты Суворовского района. «Когда милиционер приходит не один, а три-пять, преступник начинает вести себя иначе», — комментирует один из бойцов, Женя. Прибыв на место, выясняем:  мужчина, услышав спецсигнал, нырнул во дворы. Экипажи заезжают следом: мы —  налево, патрульная служба — направо. Но надежда задержать по горячим следам тает с каждой минутой. «Эх, если бы охрана его заговорила, все было бы иначе, а так — зашел в подъезд, и все — ищи-свищи его», — вздыхает командир. Пока патруль продолжает объезжать квартал по периметру, возвращаемся к супермаркету. Девушка-кассир узнала вооруженного — им оказался ее бывший муж, с которым они судятся уже несколько лет из-за ребенка. Тут девушка подходит к нам с телефоном — дает понять, что звонит он. Старший патруля, Егор, берет трубку и долго беседует с мужчиной. «Если ты хочешь поговорить, приходи сюда», — выманивает правонарушителя офицер. Поговорив с ним «за жизнь», экипаж уходит в свободное патрулирование. Как позже выяснилось, «охотник» — из бывших сотрудников милиции и за ночь успел достать звонками и прибывшего на место оперативника, и оперативного по батальону спецназа — все рвался снова поговорить с Егором. Милиционеры же хмуро шутят: все равно не отвертится, только теперь задерживать через решение суда придется.

Таких случаев у каждого патруля за день — с десяток. «Знаешь, мы сейчас практически без отдыха. У некоторых уже конфликты в семьях, которые не видят нас. Но город стал чище… Раньше десять вызовов в Суворовском — это минимум, чего следовало ждать в пятницу вечером. Сейчас это практически всегда — максимум», — откровенничает Егор. К тому же все чаще ощущаешь благодарность от горожан… «На днях утихомиривали день рождения — народ загулялся. А потом еле отвертелись - за стол звали», — улыбается милиционер.