Чрезвычайный и Полномочный Посол Великобритании в Украине Саймон Смит дождливым, типично английским, утром в среду прилетел в Донецк, чтобы поболеть за «Манчестер Юнайтед», который впервые в своей истории играл с донецким «Шахтером». Перед исторической футбольной встречей господин посол дал эксклюзивное интервью «Вестям». «У вас всегда так холодно?» — улыбаясь, начал разговор английский гость.

— Как вы думаете, будет ли в ноябре подписано Соглашение об ассоциации Украины с ЕС?

— Очень высока возможность того, что Украина использует шанс подписать Соглашение об ассоциации на ноябрьском саммите в Вильнюсе. Но, к сожалению, пока сохраняется и противоположная возможность. Наш министр по вопросам евроинтеграции (он был две недели назад в Киеве) знакомился с ситуацией, и он говорит: для того, чтобы убедить министров Евросоюза в возможности сотрудничества с Украиной, очень важно, чтобы были выполнены все рекомендации ЕС, высказанные в адрес Украины в декабре прошлого года. В Евросоюзе считают, что эффективным сотрудничество с Украиной будет только после того, как последняя выполнит рекомендации по реформированию системы правосудия и урегулированию правовых вопросов. А также вопросы по проведению выборов. Если Украина до ноября найдет убедительные доказательства своей готовности прислушиваться к мнению ЕС, то министры Союза, я думаю, будут готовы рассмотреть следующий шаг по пути совместных действий. Повторю: шанс есть, хотя гарантий никаких дать пока нельзя. Но надежда остается.

— Если все-таки это произойдет, что это даст простым украинцам? Возможно ли будет говорить об упрощении визового режима, о каких-то преференциях при получении работы в Европе, образовании в европейских вузах?

— Мне кажется, Соглашение об ассоциации, а также Соглашение о зоне свободной торговли открывают Украине, ее бизнесу доступ к колоссальному рынку объемом в полмиллиарда потребителей. Конечно, это открывает для украинских предприятий много новых возможностей, но в то же время это — своего рода вызов, с которым им еще предстоит справиться, ведь для того, чтобы быть успешным на таком рынке, нужно быть конкурентоспособным. Понятно, что будет трудно. Я очень часто слышу здесь вопросы о визовом режиме и понимаю их. И хотя связь этого вопроса с ассоциацией и ЗСТ просматривается, однако улучшение отношений в визовой сфере — это отдельный переговорный процесс. То есть между ними — косвенная связь, но не прямая. И все-таки подписание упомянутых соглашений и договоров ЕС с Украиной будет означать, что уровень доверия и понимания уже велик, а значит — больше шансов улучшить и безвизовые отношения. Особенно это касается стран Шенгенского соглашения. И хотя Великобритания в него не вошла в свое время, я с трудом представляю, что у британцев будут возражения при рассмотрении либерализации визовых вопросов в Европе вообще. Это же касается и других сфер, например образования.

— Знакомы ли вы с разными экспертными оценками вхождения Украины на рынок ЕС?

— Я совсем недавно ознакомился с интереснейшим докладом, подготовленным Посольством Германии в Украине. Там анализируется возможное участие Украины в рыночных процессах объединенной Европы и его влияние на рост уровня, качества жизни украинцев. Авторы этого исследования говорят, что этот показатель при вхождении вашей страны в ЕС может вырасти на 12%.

— Но есть ведь политические риски, завязанные на экономике. Не получится ли так, что Россия, которая уже показала, на что способна, поставив таможенные преграды украинским товарам в июле-августе, опустит занавес перед Украиной. А у наших производителей там большие рынки. Не выйдет ли так: рынок ЕС мы еще не освоим, а рынки России уже потеряем? Как вы оцениваете эти риски?

— Мы не видим никаких противоречий между расширением Союза и поддержанием хороших отношений со странами — соседями Евросоюза. Это касается России, Азербайджана, Казахстана и так далее. Наш менталитет не позволяет нам видеть в этих процессах антагонистические игры. Конечно, если в Москве считают, что для них расширение невыгодно, они имеют право поступать как угодно. Но нам кажется, что возможно развивать взаимовыгодные отношения с любой страной.

— Возможен ли вариант, что Запад в какой-то степени компенсирует Украине возможные потери от закрытия российского рынка?

— Мне кажется, что само членство в зоне свободной торговли с ЕС будет серьезно компенсировать потери Украины. Но стоит задать себе вопрос: это экономическое или политические решение вопроса? В беседах с украинскими партнерами я не раз слышал, что, мол, Россия предлагает вам цену на газ на 50 процентов меньшую, чем нынешняя, и кредиты в 10–15 миллиардов, и другие преференции. И я задавался вопросом: это действительно просто кредиты или цена суверенитета и независимости Украины? Если бы я работал в Администрации президента Украины, то я такой вопрос себе задавал бы.

— Если взять новых членов Евросоюза, например Болгарию, то мы видим, что у них, мягко говоря, некоторые проблемы с экономикой, с социальной сферой, с тем же сельским хозяйством, несмотря на открытость колоссального рынка Евросоюза, о котором вы говорили.

— Я могу согласиться со сказанным. Но в том же сельскохозяйственном секторе Украина, я сказал бы, играет в другой лиге, нежели Болгария или Румыния, я сказал бы: она играет в Лиге чемпионов! Это касается и объемов продукции, и техники, и качества почв, и обученного персонала. Но понятно, что первый этап членства в ЕС несет с собой многочисленные трудности, несколько вызовов. Однако в то же время возможность стать членом Союза может быть сильным стимулом для реформирования экономики, в том числе в сельском хозяйстве. Вы правы, когда говорите, что не у всех стран, вошедших недавно в ЕС, есть успехи, но, если говорить о долгосрочной перспективе, я уверен, результаты будут. Даже для Болгарии и Румынии. Все должно развиваться постепенно. Нам ведь невыгодно, чтобы кто-то был неконкурентоспособным. Но повторю: для такой страны, как Украина, шансов на успех очень много.

— Кроме сельского хозяйства, есть еще перспективные отрасли?

— Конечно. Например, нефтегазовая сфера. Сейчас реализуется очень перспективный проект — разработка Юзовской площадки британско-голландской компанией «Шелл». Украина обладает таким мощным энергетическим потенциалом, что мне не очень понятны разговоры об энергетической зависимости вашей страны.

— И все-таки с учетом всех проблем, которые есть в ЕС, как вы думаете, что лучше сделать Украине — стремиться вступить в ЕС или ограничиться лишь ассоциацией?

— Стремление Украины к полноправному членству в ЕС наполнено большим смыслом. Конечно, есть разные взгляды в Европе на то, кто из восточно-европейских стран может стать членом Союза, но в Великобритании всегда преобладало мнение, что любая страна может стать членом ЕС. Поэтому мы считаем, что стремление в ЕС для Украины — это реальная политика.

— Сейчас в Великобритании все чаще раздаются голоса о неперспективности пребывания в ЕС, звучит жесткая критика в адрес Евросоюза…

— Хочу сразу сказать, что у британского правительства нет намерений покидать Евросоюз. Наше правительство хотело бы видеть ряд изменений в ЕС. У нас говорят прежде всего о том, что не все решения должны обязательно приниматься в Брюсселе. Это касается ряда правовых вопросов, внутренних дел разных стран. Нам также очень хотелось бы большего единства на рынках Европы. У британского правительства есть опасения, что снижение прозрачности институций ЕС приведет к снижению уровня взаимного доверия. Мы хотим сильного и единого Евросоюза.

— Поговорим о более легких вещах. О футболе, например. С нашей стороны было бы некорректным спрашивать у британца, футбольный ли он болельщик…

— О да! Я болельщик с середины 60-х годов. Мой любимый клуб — это клуб моего родного города Бристоля «Бристоль Сити». К сожалению, он играет в третьем эшелоне английского футбола. В премьер-дивизионе моим любимцем является «Вест Хэм Юнайтед».

— Что думаете о шансах сборной Англии на ЧМ-2014? И о шансах сборной Украины?

— Немного боюсь за нашу сборную, но у нас есть еще две игры на «Уэмбли», они все решат. А что касается и вашей, и нашей сборной, то я как-то видел у вас рекламный плакат: «Разом до БразилiÏ!» Очень верно сказано!

- Кстати, Донецк самый британский из украинских городов. Его даже основал валлийский предприниматель Джон Юз?

- Да, я знаю об этом.

- Тогда вы, возможно, знаете, что в следующем году в Донецке собираются отмечать 200-летие со дня рождения основателя?

- Да, мы рассматриваем возможность участия в этих торжествах. Мне очень близка фигура Юза, ведь в моей семье есть валлийские корни. Мой дед был родом из приморского валлийского города Свонзи, а дядя мамы жил даже в Мертир-Тидвилле, городе Джона Юза.