Экс-премьер Юлия Тимошенко, которая отбывает 7-летний срок за "газовые договоры" с Россией в 2009 году, начала вести дневник.

Отрывки из дневника публикует "Украинская правда". Тимошенко начала свои записи с эпизода, связанного с доставкой на допрос по делу об убийстве депутата парламента и бизнесмена Евгения Щербаня.

Далее приводим отрывки из дневника (текст переведен с украинского языка).

15 мая 2013

"Пенитенциарная служба и руководство Качановской колонии путем мошенничества опять не доставили меня в Печерский районный суд города Киева и преднамеренно сорвали мое участие в допросе свидетеля Петра Кириченко по "делу Щербаня". Представители власти сознательно сорвали мое присутствие во всех судебных заседаниях по допросу свидетелей по "делу Щербаня". Они делали это цинично, демонстративно, надеясь на свою безнаказанность.

Я подала заявление о преступлении чиновников ГПтСУ и Качановской колонии, которые силой, вопреки закону, не допустили меня на все судебные заседания по допросу свидетелей по "делу Щербаня", чтобы не дать мне в суде публично опровергнуть все абсурдные заявления прокурорских свидетелей…

Я подала это заявление о преступлении в Харьковскую областную прокуратуру не потому, что не знаю, что все эти прокуроры, судьи, администрация колонии и окружение Януковича являются одной преступной группировкой. Не потому, что я верю, будто они восстановят справедливость и привлекут к ответственности виновных в том, что меня лишили права на защиту и изолировали от судебных заседаний.

Напротив, я прекрасно знаю, что в ходе расследования этого дела они хотят "отмыть", отстирать свои грязные мундиры и закрыть это дело, сказав, что я якобы действительно отказывалась ехать в суды.

Мы все об этом знаем. Именно поэтому я подала заявление о преступлении, чтобы показать, что они — в прокуратуре — "сломают" свидетелей, подделают документы, пойдут на страшные фальсификации, но, так сказать, "докажут", что я не ехала в суд по "делу Щербаня "по собственной инициативе".

15 мая 2013 года

В 10.00 я услышала по "5 каналу" заявление ГПтСУ, что они не знают, хочу ли я ехать на судебное заседание или нет. Будто бы я за неделю до суда не писала никаких заявлений с требованием о моей доставке.

Я поняла, что надо действовать еще более настойчиво и поэтому в 11.00 вышла в больничный коридор и в присутствии всех охранников и медицинского персонала сделала новое заявление с требованием доставить меня в суд и вызвать надзирающего прокурора Краснолобова, чтобы он обеспечил контроль по моему вывозу в суд.

Это заявление в присутствии семи свидетелей я вручила начальнику караула А. Парамею и спросила у него: "Где конвой, который должен был уже прибыть?" Он взял заявление и сказал, что ничего не знает о конвое. Все это происходило под двумя стационарными видеокамерами, которые официально установлены в больничном коридоре.

В этот день (в одиннадцатый раз!) по типичной технологии сорвали мое участие в судебном заседании по допросу свидетелей по "делу Е.Щербаня". Предыдущие десять беззаконий проходили по другим, отличающимся от последнего раза, сценариям. Тогда начальник колонии заходил в медицинскую палату за день до судебного заседания в сопровождении своих подчиненных с одной (иногда и с двумя видеокамерами), задавал мне вопрос: хочу ли я ехать в суд по "делу Щербаня"? Я всегда отвечала: "Да". После чего все они выходили в соседнюю комнату и составляли так называемый акт о моем якобы отказе от поездки в суд.

16 мая 2013 года

Начальник охраны начал вырывать из моих рук журнал, но я не дала ему это сделать. В присутствии прокурора и следователя я прочитала все фамилии посетителей. Я была уверенна, что в списке не будет значиться начальника колонии, поскольку 15 мая он меня не посещал. Однако очень удивилась, когда посередине листа этого журнала я увидела подделки: чья-то фамилия была грубо стерта резинкой, а на этом месте "красовалась" фамилия начальника Качановской колонии.

Я поднесла лист под лампу дневного освещения, и все, кто стоял возле стола, увидели через "просвет" протертую на листе дырку. Я спросила у прокурора и следователя, которые клялись, что будут честно проводить расследование, видят ли они протертую дырку в листе и неряшливо вписанную фамилию начальника колонии.

После паузы оба были вынуждены сказать, что "да, они видят подделку".

Все это происходило в присутствии медицинского персонала, начальника охраны, двух женщин-охранников, прокурора и следователя. Я попросила немедленно провести экспертизу фальсификации и установить факт преступления. Надзорный прокурор Краснолобов без составления какого-либо протокола об изъятии доказательств преступления забрал этот журнал и пошел вместе со следователем, что-то сказав начальнику охраны.

Затем началась моя встреча с защитником, но я несколько раз выходила из комнаты для свиданий, заходила в палату и видела, как начальник охраны грубо и жестко разговаривает с моей соседкой по камере и она плачет.

Я уверена, что начался процесс принуждения человека дать ложные показания. И это только начало демонстрации того факта, что прокуроры, следователи, администрация колонии - это "одно целое", которому поручено расправиться со мной без законов, правил и ограничений.

В этом своем дневнике я буду писать дальнейшую историю их преступления. По дням и часам. Я это делаю не для того, чтобы что-то кому-то доказать, а для того, чтобы они — эти оборотни в погонах — знали, что сразу после смены власти они предстанут перед судом. Точно так, как предстал Пукач, который тоже думал, что безответственность будет бесконечной".

11 октября 2011 года экс-премьер Юлия Тимошенко была признана виновной в превышении служебных полномочий во время подписания газовых договоров с Россией ("кабальных", по словам представителей власти) в 2009-м году. Тимошенко получила 7 лет тюрьмы.

После того как Апелляционный суд оставил приговор в силе, 30 декабря 2011 года главу "Батькивщины" перевели из СИЗО в Качановскую исправительную колонию № 54 в Харькове.

И в СИЗО, и в колонии Тимошенко не раз заявляла об ухудшении самочувствия. Соратники экс-премьера заявляли о кровоподтеках на ее теле, о возможном отравлении. Тимошенко переболела ангиной, а после стала жаловаться на сильные боли при ходьбе.

20 апреля 2012 года ее решили перевезти в железнодорожную больницу Харькова для лечения позвоночника, где она и находится до сих пор. При этом тюремщики заявляют об отказах Тимошенко выезжать из больницы на судебные заседания.

13 октября 2011 года ГПУ возбудила против Тимошенко новое дело – ее обвинили в попытке переложить долги ее бывшей корпорации "Единые энергетические системы Украины" на госбюджет страны. Речь идет о долге ЕЭСУ перед Россией в размере 405.5 млн долл.

А 22 января 2013 года Генпрокуратура предъявила Тимошенко обвинение в организации убийства в 1996 году бизнесмена и депутата Рады Евгения Щербаня. По словам главы ГПУ Виктора Пшонки, следствие установило, что убийство заказали Павел Лазаренко и Юлия Тимошенко.

Опрошены уже несколько свидетелей по делу, среди них экс-губернатор Донецкой и Сумской областей Владимир Щербань, экс-президент Леонид Кучма, бывший донецкий чиновник и экс-совладелец компании "Индустриальный союз Донбасса" Виталий Гайдук, бывший советник Павла Лазаренко Сергей Кириченко.

Последнего называли ключевым свидетелем. Во время допроса Кириченко назвал Тимошенко заказчиком убийства Щербаня.

Если суд признает экс-премьера виновной, ей грозит пожизненное заключение.

Представители и главы стран-членов ЕС не раз говорили об озабоченности уголовным преследованием бывшего премьер-министра. О том же заявляли и США.

В середине апреля 2013 года, вскоре после помилования и освобождения Юрия Луценко, более 20 женщин-нардепов обратились к президенту Виктору Януковичу с просьбой помиловать Тимошенко. Их обращение поддержали некоторые общественные организации и местные власти.

30 апреля 2013 года Европейский суд признал незаконность ареста Тимошенко по "газовому делу".