На Играх-1984 Украину представляли лыжник Александр Батюк из Чернигова и двоеборец Александр Просвирнин из Ворохты, жившие вместе в номере на четырех. Атлет из Ивано-Франковской области стал шестым, а Батюку удалось взойти на пьедестал.

— Александр Михайлович, что вспоминается о тех Играх?

— Просто побывать на Олимпиаде – уже незабываемое впечатление. По сравнению с этапами и даже с чемпионатами мира это – совсем другое. Отбор в союзную сборную был жестким – нужно было безоговорочно доказывать профпригодность. Завершающий этап – на Кубке СССР в Грузии. Отобраться на Олимпиаду было сложнее, чем там выступить. Несмотря на лоббирование российских спортсменов, благодаря результату я пробился в команду. В Сараево бежал 15 и 50 км, но к медали пришел с партнерами в эстафете.

— Поездка за рубеж вызывала особые ощущения?

— Я уже с 1978 года часто бывал на сборах за кордоном, даже по несколько месяцев, поэтому привык. Тем более, что Югославия была социалистическим государством. Ничего такого особенного не запало в душу – это не Швейцария, Австрия или Норвегия, где ценят лыжный спорт. Помню, что на дистанции 50 км на расстоянии видимости стояли автоматчики – так нас охраняли. Хотя в олимпийской деревне можно было встретить праздношатающихся. Запомнилась столовая – работала круглосуточно, было там все. Мяса – 20 сортов, но в дефиците – клубника. Правда, гурманы-итальянцы привозили макароны с собой и позволяли себе вино.

— Как медаль завоевывали, помните?

— Именно тогда начал развиваться коньковый стиль, который мы сначала называли ходом Билла Коха – американца, его применившего. Но под этот стиль нужно специально готовить трассу, поэтому мы еще ходили классикой, другие пробовали «полуконек». Я на первом этапе боролся с Томасом Вассбергом: на подъеме отрываюсь, на спуске и равнине швед догоняет. Я передал эстафету вторым с проигрышем секунд в восемь, уступили мы и в итоге около 10 сек. Хотя легендарный Гунде Сван на последнем отрезке упал, но четырехкратный олимпийский чемпион Николай Зимятов не воспользовался подарком. Серебряным медалям мы не радовались – для Союза иного места, кроме первого, не существовало.

— А какие отношения у вас были с конкурентами?

— Они – такие же пахари спорта, как и мы. Разве что более раскованные и не такие зашуганные. И за нами всегда следил, как мы говорили, человек из «Детского мира» – этот магазин в Москве находился рядом с КГБ... Если что-то «органам» не нравилось, это могло потом отразиться на карьере, так что лишних движений мы не делали.

— Как вас дома встретили?

— Кто хотел, получил возможность купить машину. Лично мне предлагали переехать в Москву – считалось, что все лучшее должно быть там. Но я отказался – в силу характера, личных причин, да и гордился, что я первый украинец, который взял медаль Зимней Олимпиады. Поэтому я остался в Чернигове. Позже я встречался с экс-президентом Украины Леонидом Кравчуком, в союзные времена отвечавшим за спорт, и он припомнил меня с тех пор: «Конечно, помню, ты у нас был внеплановым».

— Чем после спорта занимались?

— На заре независимости Украины тренировал нашу сборную. В те времена приходилось самому по 3500 км проводить за рулем, возя спортсменов на своей машине на соревнования. Все держалось на голом энтузиазме, а жизнь-то одна. Я понял, что это неблагодарное дело; даже не смог приехать на похороны матери. Уйдя из спорта, занимаюсь бизнесом, живу в родном Чернигове.