– Лена, чем занимаетесь после возвращения с Олимпиады?

– Лечусь. Сначала у мужа (депутата Алексея Кайды. - Авт.) в Киеве, а теперь дома – в Тернополе. Горло у меня начало болеть еще в Сочи, перед эстафетой. А потом гонку пробежала — и все, оревуар. Теперь вот мучаюсь, организм совсем уже вымотался. В этом сезоне уже не буду выступать.

– Какие чувства вас сейчас одолевают?

– Пока что все чувства у меня перекрылись кашлем и насморком. Даже не могу показать эмоции. Уже настолько все болит откашливаться… Хотя до сих пор все вокруг продолжают поздравлять, даже люди на улицах – правда, без формы не узнают (смеется). Но в Раду пришлось идти в спортивном костюме – в Киеве у меня другого наряда не было. Журналисты, само собой, покоя не дают.

– А как вы в Верховную Раду попали?

– Депутаты мужу говорили, чтоб привел, да и он сам сказал, чтоб не думала увиливать. Другие девчонки разбежались – Семеренки в Сумы сразу уехали. А я же все равно возле мужа в Киеве, к тому же капитан команды. И провести одну в Раду проще, чем четверых – туда ж не всех пускают.

В тему: Самые яркие моменты Олимпиады в Сочи

– В связи с трагическими событиями в Украине звучали призывы к олимпийцам сняться с соревнований. Как вы к ним относились?

– Мы реагировали, как, наверное, все нормальные люди. Очень переживали и пытались морально поддержать родных. А они, в свою очередь, старались нам много не рассказывать о страшных подробностях в Киеве, от меня муж все скрывал. Но, конечно, мы все равно знали правду, и те события не могли пройти мимо нас. Мы все очень переживали, плакали и молились, чтобы дома восстановился мир.

– Разговоров о бойкоте не было?

– А кому бы стало легче, если бы мы снялись? Думаю, что своей победой мы принесли людям позитив и вдохновение. Девчонкам я сразу сказала, что если мы не выйдем на старт, то покажем свою слабость. Мы должны были стартовать и… и выиграть!

– По ТВ было видно, что у всех вас очень боевое настроение.

– Мы профессионалы, и каждый знает, что и как должен делать и настраиваться. Конечно, мы постарались отбросить лишние эмоции в сторону и сконцентрироваться на гонке. Лично у меня на последнем круге был момент, когда казалось, что силы покидают, и я думала: «Неужели сдамся?» Но выдержала – мы должны были победить, чтобы порадовать украинцев.

– Скоростная Тура Бергер потом говорила, что у нее не было шансов догнать Пидгрушную…

– Даже не знаю, откуда те силы взялись, ведь чувствовала я себя не очень.

– Вас, правда, сильно задели негативные выкрики российских болельщиков?

– Тогда мы все были на эмоциях, поэтому я сразу об этом сказала. Вы же знаете: в семье не без урода – несколько тысяч нормальных людей, а рядом – два десятка, мягко говоря, невоспитанных. Хотя, вспоминая те выкрики сейчас, думаю, что, может, они добавили нам злости и помогли нам победить.

– А что вы думали, когда Валя Семеренко сделала три промаха и оставила себе три патрона на три мишени?

– Тогда я смотрела на табло и в мыслях умоляла Валю закрыть мишени, говорила «ты можешь». Помогло.

– После Олимпиады у спортсменов нередко случается спад. У вас еще остались силы на остаток сезона?

– Знаете, я считаю, что не реализовала себя полностью в личных олимпийских гонках, поэтому есть большое желание продолжить сезон. И доказать, в том числе самой себе, что недостаточно высокие результаты в Сочи были случайностью. Однако, пока борюсь с болезнью и не тренируюсь, так что дальше посмотрим, смогу ли я поехать на следующий этап Кубка мира. Машина моя стоит в Тернополе, а поездом я не готова ехать.

– Какое впечатление в целом оставили Игры в Сочи?

– Хорошее – и с организацией, и с погодой в основном все было в порядке. Правда, когда светило солнце и было тепло, тяжело было бежать – снег становился мягким. В отеле и ресторане, где питались, все было спокойно, даже уютно. А самое яркое воспоминание – церемония награждения, поднятие украинского флага и звуки нашего гимна. Эти ощущения я никогда не забуду.

– В вашей олимпийской деревне много было спортсменов?

– Только биатлонисты и лыжники – много знакомых лиц. Можно сказать, что все напоминало обстановку этапа Кубка мира, разве что все жили в одном месте.

– А как-то чувствовалось, что все-таки вы на Олимпийских играх?

– Более – психологично. Ведь вся подготовка строилась так, чтобы выйти на пик формы именно к этому старту. Правда, лично мне, похоже, это не совсем удалось, уже вроде даже спад пошел. Будем с тренерами разбираться – то ли январская болезнь помешала, то ли другие причины.

– Возможно, влияние гор?

– Честно говоря, я не знаю ни одного человека, которому бы не требовалась акклиматизация в горах. Тем более, на высоте около 1500 м. Хотя до этого мы провели сбор в Турции «на высоте», ее влияние в Сочи ощущалось. Каждый человек по-разному проходит акклиматизацию: сердце быстрее бьется, одышка появляется, голова болит или просто слабость. Поэтому все старались приехать в деревню пораньше, чтобы прожить 6-7 дней на высоте.

– Вы ведь тоже приехали за неделю до старта?

– Да, но, скажем, Вита и Валя быстрее приспособились к новым условиям и хорошо себя чувствовали. А мне было очень плохо, и, возможно, не хватило пару дней – если судить по спринту. Вообще же на эту тему люди пишут докторские диссертации.

– Государство обещало за медали призовые и квартиры. После возвращения с вами говорили на эту тему?

– Пока никаких разговоров не было, и мы даже не знаем, дадут ли нам премию за «золото» ($125 тыс.) каждому или одну на четверых. Перед прошлым чемпионатом мира мне тоже много кто чего обещал, а рассказать, что дали, – смешно становится. За «золото» ЧМ подарить орден, букет цветов и iPad… Думаю, у нас в городе не так много чемпионов мира… Жилье тоже никто не дал, мы с мужем живем в доме, который сами недавно построили.