Несмотря на то, что на Банковой обещали срочно внести в парламент правки к пакету законов о декоммунизации, вчера этого не произошло. Соответственно, все законы вступили в силу в том виде, в каком были приняты Верховной Радой, и в пятницу подписаны президентом. И целый ряд внесенных в них нелепых норм становится обязательным к исполнению.

Законом «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов в Украине и запрет пропаганды их символики» запрещено публичное ношение орденов и медалей с советскими символами (серпом и молотом, профилями Ленина и Сталина), публичное использование цитат вроде ленинской насчет того, что надо учиться (цитировать ее в газете в кавычках уже нельзя, так как это может привести к запрету СМИ), и фильмов вроде «Семнадцати мгновений весны» (название приводить еще не запрещено).

Однако это не все несуразицы украинского законотворчества. Запреты, которые, по их логике, должны были ударить по коммунистическому прошлому, зацепили и те немногие страницы, которые еще не преданы анафеме (в частности, героев Великой Отечественной войны), и даже политическое поле времен независимости.

От Жукова до Давыдова

Упомянутый закон дает четкий перечень деятелей времен СССР, имена которых становятся запретными: партийные руководители не ниже секретаря райкома, хозяйственные деятели не ниже руководителей областей или городов республиканского подчинения, а также все сотрудники КГБ, вплоть до уборщиц. Также приведен перечень того, в каких случаях что-то связанное с этими деятелями является коммунистической пропагандой: публичное использование изображений и цитат, памятники и памятные таблички, названия городов, улиц, предприятий.

Те, кто считает, что все ограничится Лениным или Дзержинским, глубоко ошибается. Согласно указанным перечням, в Киеве придется переименовывать бульвар, названный в честь председателя горисполкома Давыдова, и улицы, носящие имена советских маршалов времен Великой Отечественной — Тимошенко, Рокоссовского и Малиновского, а в Харькове — переименованные уже во времена независимой Украины станции метро имени маршала Жукова и первого губернатора области (а при СССР — председателя облисполкома) Александра Масельского. И в других городах найдутся деятели местного масштаба, относительно которых власти даже не подозревают, что они уже запрещены.

Запрещенными оказались и некоторые исторические персонажи, которыми в нашей историографии принято гордиться. Например, идеолог украинизации 20-х годов Николай Скрипник или известный писатель Николай Хвылевой — оба имеют в своей биографии такое темное пятно как работу в ВЧК, самой первой предшественнице КГБ. Или первый премьер УНР Владимир Винниченко, имевший несчастье несколько месяцев поработать в правительстве советской Украины.

От Кучмы до Кожемякина

Однако и этим антикоммунистические мероприятия не заканчиваются. Теперь в телепрограммах нельзя показывать положительный образ первых президентов Украины Леонида Кучмы и Леонида Кравчука в их бытность членами ЦК украинской компартии советских времен. Более того, из-за запрета на публичное использование цитат коммунистических деятелей теперь СМИ, исходя из буквального прочтения закона, не могут приводить прямую речь не только двух упомянутых лидеров, но и современных политиков — Анатолия Матвиенко, Ивана Кириленко и даже Андрея Кожемякина, в молодости служившего опером в КГБ.

Кто попал под запрет

Впрочем, как уточнил для «Вестей» автор закона, директор Института национальной памяти Владимир Вятрович, речь идет только о цитатах, которые оправдывают коммунистический режим, а такого, естественно, сейчас ни Кравчук, ни Кожемякин говорить уже не будут. Но вот с тем, чтобы в будущем кто-то попытался назвать улицу или организацию именами названных украинских деятелей, действительно могут возникнуть проблемы, — под этот запрет они подпадают наравне с Лениным.

Хотя к тому времени, конечно, все может измениться. Как сказал нам источник в Администрации президента, пакет изменений в антикоммунистическое законодательство все-таки готовится, но сроки внесения их в парламент пока неизвестны.

Тем временем ОБСЕ увидела угрозу свободе слова в  законе о декоммунизации