Местную кампанию называют «самой грязной в истории». «Вести» решили узнать, так ли это, и какие новые технологии попробуют применить в этом году политтехнологи. Сами эксперты, кстати, говорят, что все находки будут простыми.

«Закон добавил новый этап, перерасчета процентов партиям (определит, прошла ли партия 5%-ный барьер. — Авт.). Закон сложен, и в комиссиях никто и близко не знает, как правильно считать победителя по новой формуле, что создает предпосылки для манипуляции, — утверждает политтехнолог Анне Голембиовская. — Более того, перевозка бюллетеней не будет фиксироваться ни на видео, ни протокольно — тут их можно и подменить».

Конечно, технологии начнут применять еще на этапе кампании (она будет чрезвычайно короткой — всего 3–4 недели, не разгуляться). Что характерно, все эксперты признают: кампания будет некачественной из-за нехватки денег. А значит предельно технологичной. Законными ли будут методы? Разумеется, не все и не у всех политсил. Закон оставляет технологам пространство для «люфта».

«Дыры» в законе

Главной технологией стал сам закон. Политтехнологи считают его «одноразовым», призванным единожды обеспечить численный перевес на местах нынешней власти. Во-первых, он «рыхлит почву» под сбор голосов избирателей в пользу больших парламентских партий (читай — БПП «Солидарность»). Традиционная мажоритарная модель нарушена, ведь даже если избиратель отдаст голос за кандидата, не факт, что его партия наберет 5% голосов. «Зато предусмотрены махинации с избирателями: на участках не будет ни слова о кандидатах, соответственно, будет шоу однофамильцев, без шансов понять, кто подлинный, — утверждает политолог Сергей Быков. — К примеру, в округе в Закарпатье хорошие позиции у кандидата в мэры Ивана Чубирко. Но только за вторник было зарегистрировано сразу четыре его полных тезки!» Зато в законе сохранились инструменты админресурса — от уточненных списков до переписывания протоколов с результатами.

Плитэксперт Руслан Бортник:

По моей информации, ключевой технологией будет внесение результатов выборов в электронный реестр: сейчас провластные партии активно борются за собственных «вносителей» с бумажного носителя в компьютер. Ничто не помешает им подтасовать, а после уничтожить бумаги

В Комитете избирателей технологию опровергли. «Окончательные результаты все равно считаются по протоколам с мокрыми печатями и подписью. В реестр можно запустить все что угодно — это, скорее, не документ, а информационное сообщение», — сказал нам замглавы правления КИУ Виталий Тесленко.

Создание сетей избирателей

Технология нынешних выборов — формирование так называемых сетей: это когда вокруг политической силы образовывается лояльный к ней электорат, причем готовый в любой момент мобилизоваться. О формировании сетей, в т. ч. радикалами, в Киеве «Вестям» стало известно от их участников. Информация насторожила. «Платят 270 грн/сутки, при этом учат, как не работать: говорят, мол, не хотите раздавать агитки — идите «в патрулирование», — сказал член такой сети.

«Технология известна за рубежом — бывают сети «под подкуп», и там электорат дисциплинирован (не исключено, что речь как раз о таком образовании. — Авт.), а бывают коммуникационные, в таковых ничего плохого нет. А работают сети в связке с технологией понижения явки. Например, в 205-м округе в Чернигове сообщали о заминировании, чтоб отсечь «свободных» избирателей, а дисциплинированные пришли», — пояснила «Вестям» политтехнолог Екатерина Одарченко.

Строят сети по вертикальному принципу — «десятники», «сотники», «звеньевые». Зарплаты для участников незаконны, но до суда дела не доходят — сетевиков легко можно переквалифицировать в «агитаторов», тогда вознаграждение будет законным. «Именно поэтому большого нарушения в этих сетях я не вижу — незаконного ничего нет. Их участников могут задействовать для защиты результатов выборов в качестве наблюдателей, но это также нормально», — сказал Тесленко.

Срыв выборов батальонами

На местных выборах одновременно пройдет 23 тыс. кампаний — именно столько избиркомов в стране. В скольких из них будет опасность силового противостояния, представить сложно. На прошлых парламентских выборах самой показательной была история в Волновахе: кто-то обстрелял здание по соседству с теризбиркомом, комиссию эвакуировали, а документы подменили. «Давление идет уже сейчас, при паевании комиссий — это люстрация, дискредитация, деморализация членов избиркомов. А в день выборов будут попытки сорвать голосование там, где не смогут фальсифицировать результаты», — прогнозирует Бортник. Есть опасения, что в Донецкой и Луганской областях батальоны будут использовать, чтобы снизить результаты оппозиции.

«Там батальоны могут заводить в комиссии — просто делать членами или использовать в качестве персональной охраны», — считает Быков. В принципе, чтобы заблокировать работу избиркома, по новому закону прилагать особых усилий и не нужно. Достаточно просто украсть один-единственный бюллетень. «Засунул в карман — и сорвал процесс подсчета целой комиссией. Получается, что любой участник процесса может повлиять на целую область, затянув процесс, и вызвать тем самым хаос. Вспомните «проблемные» округа на выборах-2012, там результаты не могли установить в течение года, — напомнила «Вестям» политтехнолог Анна Голембиовская. — А сейчас вопрос стоит не в том, какие города и села будут проблемными. А в том, в каких единичных населенных пунктах выборы удастся провести гладко».

Всеобщая радикализация

Один из кандидатов в Киевраду строит кампанию на силовых акциях по поиску и разрушению залов игровых автоматов. Кандидат в Одессе «самолюстрировал» двух чиновников. Тенденция налицо: кампания радикализуется, и эта технология вызывает опасение экспертов.

Политолог Сергей Быков:

Каждый мнит себя Ляшко, многие скандалят почем зря. Виноват также закон — никто не несет совершенно никакой ответственности за свои поступки: можно безнаказанно усадить мэра в мусорный бак, можно нагло сорвать агитплакаты оппонентов

Радикализация — процесс чреватый, ибо необратимо ведет к раскручиванию маховика насилия. «До физических мер против избирателей, слава Богу, пока не доходило. А вот полубандитские группы многие кандидаты привлекают, — утверждает Екатерина Одарченко. — Впрочем, чаще это разборки между специалистами штабов, моменты с защитой от конкурентов. По полной идут столкновения между местными финансово-промышленными группами, вспомните только столкновение между кланами Ланьо и Балоги в Закарпатье». Но эксперт считает, что радикализация как тема коммуникации, в самой кампании победить не поможет — придется идти во дворы, чтобы лично общаться с избирателями.

Регистрация переселенцев

Одно из наиболее очевидных проявлений админресурса — смена регистрации. Эксперты оценивают потенциал этой технологии как «возможный для массового применения», учитывая, что в очень многих регионах осели переселенцы.

«Тот, кто контролирует местный реестр избирателей, может приписывать к какому-либо округу переселенцев. Прописывает их, скажем, в коммуналке или общежитии за 200 грн, агитирует — и электоральный перевес готов, — пояснил Руслан Бортник. — Эта схема уже вылезла наружу в Затоке (Одесская обл.)». Впрочем, куда большее распространение схема приписки «новых» избирателей может получить в подконтрольных регионах Донецкой и Луганской областей, где пройдут выборы (в том же Мариуполе).

Переселенцы там уже успели зарегистрироваться, что необходимо для получения матпомощи, и их там настолько много, что реально искажение результатов выборов.

«Но процедура не такая и простая. Недостаточно просто зарегистрироваться, нужно внести изменения в Реестр избирателей, а общество внимательно следит за бесконтрольными регистрациями, — успокоил «Вести» Виталий Тесленко. — В той же Затоке вмешалось МВД и прокуратура, и регистрацию прекратили. Я, конечно, не исключаю, что кое-где могут устроить еще перерегистрацию переселенцев, но сделать это втайне не удастся при том внимании, которое есть к выборам».

Кстати, в Раде до сих пор лежат три законопроекта об упрощенном голосовании для переселенцев. Однако парламент вряд ли успеет принять их до выборов.

Новости по теме Правые силы пообещали мощную коалицию