Затишье после банкопада конца 2014–2015 года, когда НБУ вывел с рынка порядка 70 учреждений, завершилось. За апрель-май регулятор «положил» сразу четыре финучреждения, руководствуясь различными соображениями. Сами банкиры убеждены: это далеко не последние банки, объявленные банкротами, а осенью можно ждать более масштабной катастрофы.

Как за два месяца "положили" четыре банка

В понедельник был признан неплатежеспособным банк Михайловский — пребывал в статусе проблемного с декабря 2015-го, но меры по стабилизации его не спасли. Чуть раньше, 20 мая (аккурат в день банкира), закрыли Фидобанк — проблемы с ликвидностью обнажились в середине мая, и после известия об отказе инвесторов докапитализировать финучреждение вкладчиков охватила паника, и отток средств достиг 200 млн грн. Кстати, в этом банке хранил сбережения супруг Юлии Тимошенко, Александр: он недосчитался 2,9 млн грн. В конце апреля НБУ ввел временную администрацию в банк «Юнисон». В его случае проблем с ликвидностью не было никаких — НБУ пояснил свое решение несоответствием «структуры собственности банка требованиям прозрачности», хоть, как заявили акционеры «Юнисона», они предоставляли все требуемые документы, и решение Нацбанка — настоящая рейдерская атака.

А началась новая волна банкопада с банка «Хрещатик», часть активов которого принадлежала Киевсовету. НБУ объявил его неплатежеспособным 5 апреля.

«Эти четыре банка — буквально последние гвозди в гроб системы. Но самое опасное только начинается: после «успешной» зачистки малых и средних банков НБУ акцент риска смещается в группу больших банков», — считает советник президента Ассоциации украинских банков Алексей Кущ. 

Возможны эмиссия и инфляция

Кущ считает, что, если Нацбанк допустит банкротство еще двух-трех банков осенью, система будет близка к обрушению. Во-первых, будет запущен «эффект домино», поскольку крупные банки, подкредитовывающиеся у малых, не смогут отдать кредиты и спровоцируют череду банкротств. Во-вторых, будут заблокированы счета клиентов-юрлиц: это означает невыплату зарплат и налогов, срыв операций с контрагентами. В-третьих, будут заблокированы депозиты физлиц.

Финансовый аналитик Эрик Найман подтвердил «Вестям»: «большая чистка» не завершена, несмотря на высказывания главы НБУ Валерии Гонтаревой, и до конца года «ляжет» еще ряд учреждений. 

Отдельный вопрос — эффект, который такое падение окажет на Фонд гарантирования вкладов. Ведь банкротство большого банка — уже не миллиарды, а десятки миллиардов гривен. «В Фонде таких средств нет: за два последних года он выплатил всего чуть больше 40 млрд грн», —  говорит Алексей Кущ. По его словам, Фонд так или иначе будут докапитализовывать за госсчет — и правительству придется проводить допэмиссию гривневой массы, чтобы обеспечить операцию средствами.

«Это подстегнет инфляцию и девальвацию гривни, что, в свою очередь, естественно, скажется на реальном секторе экономики — выплате зарплат, количестве безработных, на ценах», — резюмировал эксперт.

Бум на сейфы

Итог крушения нескольких банков — рост недоверия к ним. Неофициально банкиры признаются, что отток вкладов заметно увеличивается, заманить же новых клиентов становится все сложнее. Обычно восстановление доверия к банковской системе, по оценкам Эрика Наймана, требует не менее двух лет. «Вопрос в том, что считать точкой отсчета: можно взять падение «Дельта-банка», и тогда впереди у нас еще год без депозитов. Но, я думаю, на то, чтобы граждане снова принесли деньги в банки, фундаментально уйдет гораздо больше, чем год», — говорит он.

Пока же единственный стабильно популярный банковский продукт — ячейки. «Вести» обзвонили ряд крупных банков, чтобы арендовать себе сейф. Средняя стоимость в месяц — около 200 грн за небольшой, до 600 грн — за «клетку», в которую вошла бы небольшая собака.

«У нас несколько дней назад освободилась одна — 60 см в высоту, не уверена, что она еще есть в наличии. А небольшие ячейки, на 12–17 см, еще есть», — сказала «Вестям» сотрудница одного из банков. В сети отделений другого банка  обнаружилось всего около 10 вакантных ячеек малого и особо малого размера («так, что едва влезет рука», — пояснил менеджер). «Пока ничем не могу помочь, может, что-то в ближайшее время освободится», — сказала нам менеджер. 

Алексей Кущ поясняет активизацию интереса к ячейкам летними отпусками: людям, имеющим накопления, страшно оставлять свои дома. «Вот банки и принялись зарабатывать на них сверхдоходы. Сейчас они  вообще стали похожими на финучреждения XIX века: именно тогда был пик популярности ячеек».