Судьба реформы судоустройства решится на неделе. Больше года ломались копья о ее сути: перезагрузить судейский корпус полностью (этого требовало радикальное крыло) либо провести локальную переаттестацию и переформировать сами судейские органы (такой подход исповедовала Банковая).

Победила дружба: в новом законе, который дополнит правки в Конституцию, прописаны компромиссные нормы.

Новации судебной системы

Первое большое новшество — из нынешней системы в четыре уровня исключат уровень-«надстройку» в виде Высших хоз-, админ- и спецсудов (см. графику). «Мы их ликвидируем, ведь они были созданы, чтобы контролировать судебные органы власти, когда сама она не могла контролировать Верховный суд. Это рудименты», — пояснил «Вестям» нардеп-«фронтовик» Леонид Емец (радикальное крыло).

Вторая новация — создание двух новых видов судов: патентного и антикоррупционного (в комиссию по отбору судей предложено обязательно включать западных экспертов). «Антикоррупция — веянье времени, он будет заниматься делами, которые доводит до суда НАБУ. А вопросы интеллектуальной собственности чересчур узкие, мало судей, которые разбираются в них по-настоящему. И это плюс нашему имиджу в мире», — сказал Емец.

Петренко рассказал, каков будет официальный доход судей

Экс-министр юстиции Александр Лавринович недоумевает: ЕС вряд ли одобрит создание специальных судов. «У нас до 2010 года были военные суды, и приходилось долго объяснять в Совете Европы: мы их держим, чтобы закрыть. А тут — сразу два новых. По каким законам им работать, каким должен быть процесс, где обжаловать их решения? Все неясно», — сказал Лавринович «Вестям».

Одновременно будет усилен Верховный суд: он станет кассационной инстанцией (также его разделили на четыре отдела: админ-, хоз-, уголовный и гражданский). Принимать участие в отборе кроме судей смогут адвокаты и ученые. «А вот механизма за контролем исполнения решений я не увидел», — уточнил экс-министр.

"Важен тот, кто отнимает кресло" 

Важнейший вопрос — назначение и наказание судей — доверили Высшему совету правосудия (ВСП) и Высшей квалифкомиссии. Утверждение «неофитов» оставили за президентом (а вот возможность создавать/ликвидировать суды передали Раде, также по представлению президента). АП утверждает: шаг исключительно ритуальный.

Но Лавринович называет это путем к узурпации, ведь представление на любого неугодного судью, даже если тот пройдет утверждение ВСП, может быть положено «под сукно» президентом или и вовсе не попадет в его кабинет. «Да и насколько будет свободным поведение судьи, если его назначает и увольняет президент — вопрос. Важен тот, кто отнимает кресло», — считает судья Конституционного суда в отставке Виктор Шишкин. К слову, вопрос есть и к формированию ВСП. По мнению экспертов, АП сможет оказать влияние примерно на 2/3 его состава.

Забавный нюанс: вместе с нормами о возрасте (от 30 до 65 лет), образовании и стаже (не менее пяти лет в сфере права) в перечень требований для судей включена добродетель. Вопрос серьезный: в законе прописано создание Общественного совета добродетели.

«Каждый гражданин, который в него входит, может оценивать образ жизни судей. Увидел «Мерседес», богатый дом и отдых за границей не по средствам — обращается в Совет. Проводится расследование, и, если факты доказаны, они передаются в прокуратуру», — пояснил Емец.

"Профессора не сдают зачеты студентам"

Наконец, наиболее чувствительный для самих судей вопрос — переаттестация. Решено, что ее пройдут все. Часть отсеется (в Раде уточняют: 54% «пожизненных» судей апелляционных судов тесты не проходят), а те, кто останется, будут неминуемо переведены.

«Процедура незаконна, и полтысячи судей уже подали заявления об отставке — не хотят принимать в этом участия. А если процесс запустить по полной, возможно обрушение системы правосудия в принципе», — считает бывший судья Подольского райсуда Руслан Роженко. В пример необъективности приводит имя судьи Апелляционного суда Олега Присяжнюка, которому пришлось уже пройти переаттестацию: именно он отказал Юрию Луценко и Евросуду по правам человека в праве на защиту.

«А один из судей Верховного суда сказал мне на днях: «Ну кто будет меня аттестовать? Мои же ученики?» Будет пикантная ситуация, как если бы студенты аттестовали собственного профессора, требуя сдать зачет», — резюмировал Александр Лавринович.