20 ноября прошлого года в стране заработал новый Уголовный процессуальный кодекс. Правоохранители сознаются, что первые недели в отделениях милиции, прокуратурах и судах царила сумятица. Милиционеры еще не привыкли работать с Единым реестром досудебных расследований и в отделениях толпилась масса народу, желавшая подать заявления о преступлении. Прокуроры не представляли, что такое процессуальное руководство и боялись направлять дела в суд по-новому, так как лазейки под названием «дорасследование» уже не было. Судьи сознаются что на первых порах по новому УПК дела практически не направлялись в суд – новый механизм только притирался. Спустя год уже есть кое-какая следовательская и судебная практика по которой можно судить – нужен ли был стране новый УПК, и что он дал простому народу.

Авторы кодекса: насобирали 180 млн. грн. залогов

Разработчики кодекса в упор не хотят видеть минусов закона. Главный правовед Банковой Андрей Портнов считает – сам факт, что за год в УПК не внесли ни одного серьезного изменения доказывает, что документ выписан качественно. Соратник Портнова депутат Валерий Писаренко, также причастный к рождению УПК, рассказал «Вестям», что за год на 45% уменьшилось количество арестантов в СИЗО (с 32 тыс. до 17 тыс. душ).

«Заметна гуманизация процесса - на 20 тысяч человек меньше осуждено (в первом полугодии 2012 года - 76 тыс. человек, а за аналогичный период 2013 года - 56 тыс.) На сегодня в 75% случаев применяются меры предупредительного характера, не связанные с содержанием под стражей. Это личное обязательство, домашний арест, денежный залог, порука - сказал «Вестям» Писаренко. - 1 ноября на счетах государства были 180 млн. грн залоговых денег. Они возвращаются человеку, если он не нарушает режим и в деле отсутствует гражданский иск».

Эксперт Центра политико-правовых реформ Александр Банчук, мониторивший результаты действия УПК, также видит больше плюсов чем минусов. Среди позитивных моментов Банчук отмечает прирост оправдательных приговоров - уровень оправданий по новому УПК составил на 0,4 % больше обычного.

Более 45 тыс. человек воспользовались бесплатной правовой помощью защитников, предоставленных государством. На 25% убавилось количество обысков (с 4 тыс. ежемесячных в 2011 году до 3 тыс. в I полугодии 2013 года). Это связано, по словам эксперта Банчука, с ужесточением правил проведения негласных следственных действий сугубо с санкции судьи и запретом оперативным подразделениям следить за кем-то без веских оснований. Раньше слежка могла быть санкционирована только разрешением начальника оперативников, который визировал разрешение на заведение оперативно-розыскного дела. Кстати, из-за промашки в документации по старым ОРД и заводили одно из уголовных дел против экс-министра Юрия Луценко по слежке за водителем экс-зампреда СБУ – Владимира Сацюка в рамках расследования отравления Ющенко.

Минус: быстрое подозрение и скорый суд

Среди минусов эксперт Центра политико-правовых реформ выделяет нежелание стороны обвинения – следователей и прокуроров работать по-новому.

«Они по старинке ущемляют права адвокатов, не дают им использовать свои права, - говорит эксперт. – Также есть серьезная проблема, когда человеку вручают уведомление о подозрении, а обвинительные материалы уголовного производства уже собраны. По новому УПК нет возможности обжаловать открытие уголовного производства, поэтому он в первые дни после объявления подозрения сталкивается с уже сформированным для передачи в суд делом. Это ущемляет право на защиту».

С подобным явлением недавно столкнулся адвокат Юлии Тимошенко – Сергей Власенко. Не успели его допросить в прокуратуре по делу об избиении бывшей супруги и вручить уведомление о подозрении, как на следующий день объявили о завершении расследования.

Сделки спасают богатых от тюрьмы

С начала года около 20 тыс. уголовных производств закончились заключением соглашений. Бывший зам генпрокурора Алексей Баганец считает с одной стороны положительным моментом тот факт, что введен упрощенный вариант расследования с помощью заключения сделки. Соглашения есть двух видов – подозреваемого и обвиняемого с потерпевшим – при нетяжелых преступлениях или подозреваемого и обвиняемого с прокурором, когда нет потерпевшего, а ущерб причинен исключительно государственным интересам. Суд только утверждает соглашение и это разгружает и следствие и судей. Однако Баганец считает, что сделка дает лазейку подозреваемому.

«К примеру, совершено тяжкое преступление, но правосудие о нем еще не знает, а подозревает кого-то в правонарушении средней тяжести. Подозреваемому выгодно побыстрее заключить сделку и уйти от более серьезной ответственности, - считает бывший зам генпрокурора. – Также человек под давлением каких-то обстоятельств может взять чужую вину на себя, и суд утвердит это соглашение, не разбираясь в подробностях.

Также есть лазейка и для богатых – они всегда смогут компенсировать ущерб и откупиться от потерпевших, поделившись с прокурором. А бедные пойдут за решетку. Недавно бывший глава ГАИ страны Сергей Коломиец избежал тюрьмы по обвинению в разбазаривании 1, 2 млн. грн госденег, выделенных на создание электронной единой базы штрафов. Мы не утверждаем, что он откупился, но по соглашению с прокурором, ему присудили 3 года реального наказания тюрьмой и сразу же амнистировали.

Плюсом Баганец считает, что адвокатам разрешили собирать материалы, которые могут потом стать доказательством в суде, однако следователи и прокуроры всячески саботируют это право. Дают адвокатам только копии документов, по которым, к примеру, нужно провести экспертизу. В итоге эксперты отказывают, так как работают только с оригиналами.

Наконец, что касается качества суда присяжных, о нем пока рано судить – таких процессов было проведено всего 11 по всей стране и только в Сумах присяжные оправдали обвиняемого в двойном убийстве. Но прокуратура уже внесла апелляцию и требует отмены приговора.