ПОЧЕМУ ЛЮДИ ВЫШЛИ НА УЛИЦУ?

Геннадий Кернес: Недовольные люди есть и всегда были. Когда президент Янукович начал проводить реформы, некоторые украинцы остались недовольными либо пенсионной, либо налоговой реформами. И это недовольство, как я понимаю, вылилось сегодня на улицы. Но недовольство в виде мирного митинга — это одно дело. Однако эти протесты повлекли за собой смерти, улица теперь ведет ожесточенную борьбу с нынешней властью, хочет сменить законную власть неконституционным способом. Я считаю, что такие действия неприемлемы.

Виктор Анушкевичус: Изначально Евромайдан организовали студенты, которые больше всех были возмущены разворотом внешнеполитического курса Украины. До сих пор, например, в Ивано-Франковске висят билборды, на которых написано: «Підтримуємо президента України Віктора Януковича на шляху до євроінтеграції». Весь 2013 год нам говорили, что мы идем в Европу, и вот буквально накануне саммита в Вильнюсе — резкое изменение курса. Конечно, людей это возмутило: выходит, их все это время обманывали, а потом просто «кинули». Особенно эмоционально на это отреагировала молодежь. Но, скорее всего, протесты бы затихли, если бы не разгон в ночь на 30 ноября. Я говорил со студентами перед этим: они собирались ждать президентских выборов 2015 года. Мол, тогда и припомним неподписанную ассоциацию с ЕС да еще своих друзей из Восточной Украины просветим через «ВКонтакте». А вот после того как молодых людей зверски избили, начался второй этап Майдана — вышли родители. Люди проявили достоинство, и их уже никто не остановит. Украинцы показали, что они нация, а не население на территории. И будут стоять до конца за свои права и свободы.


О РАДИКАЛИЗАЦИИ ПРОТЕСТОВ НА УЛИЦЕ ГРУШЕВСКОГО

Виктор Анушкевичус: Это была чистой воды провокация. Так говорят и сами участники протестов, и другие люди, в том числе народные депутаты. Бои спровоцировала группа молодых людей, которые не имеют отношения ни к ультрас, ни к «Правому сектору». Потом эти провокаторы куда-то пропали. Я общался с ребятами из «Правого сектора». Да, они горячие, эмоциональные. Но они говорят: мы и не думали драться — шли поругаться, покричать, поулюлюкать. А когда полетели камни и «Беркут» стал атаковать, они ввязались в драку, в ход пошли коктейли Молотова. Я не одобряю такие действия, но, с другой стороны, я их понимаю.

Геннадий Кернес: Журналисты, снимая острые-острые сюжеты, должны понимать, что идут на передовую боевых действий. На войне, как на войне: за спиной правоохранителей гражданское население, а впереди — экстремисты-радикалы, которые прячут свои лица. И журналисты среди них. Журналисты же не стояли со стороны правоохранителей, и в них не попал булыжник или коктейль Молотова. Потому что журналистов не было там, где им следовало бы быть. Вот выходит человек на сцену Майдана и мнит себя ангелом-хранителем страны, самым-самым честным. Кто дал право Яценюку объявлять улицу Грушевского территорией Майдана? Он кто такой вообще? Председатель топографической комиссии? Или кто?

Полную версию интервью читатайте здесь и здесь. В журнале «Вести.Репортер» от 7 января перекрестное интервью с мэром Харькова Геннадием Кернесом и мэром Ивано-Франковска Виктором Анушкевичусом. Репортеры издания разбирались действительно ли «cхід і захід — разом»?