Заявление главы МВД Арсена Авакова о том, что координатором действий титушек во время Майдана был руководитель медиахолдинга «Контакт» Виктор Зубрицкий вызвало большой резонанс. Виктор в медиакругах личность известная. Его связывают с телеканалом «112 Украина». Ходила молва также о связях Зубрицкого и Захарченко, однако эти слухи касались вопросов пиара и информационной политики, за которые якобы у экс-главы МВД отвечал в том числе и Зубрицкий (что само по себе уголовным преступлением не является). Но вот утверждение Авакова о том, что медиаменеджер был как-то причастен к титушкам, было, мягко говоря, неожиданным. «Вести» поинтересовались версией самого Зубрицкого насчет обвинений со стороны главы МВД.

«Захарченко я только предлагал проекты»

Вы заявили, что заявления Авакова о вас являются неправдивыми. Почему, по вашему мнению, министр называет именно вас как организатора и куратора действий «титушек», действовавших против Майдана?

— Не знаю. Могу лишь допустить, что имеется связь между нынешней ситуацией и ситуацией 2009 года, когда на меня уже пытались навесить тяжкие обвинения. Возможно, так же, как и в 2009-м, они просто пытаются назначить виновного. А я нужен для того, чтобы как-то связать всех участников событий в некую придуманную ими схему. Видимо, у них это не получается, и они нашли меня как человека, который занимался медиабизнесом и в силу этого общался со многими людьми. Поэтому в их схеме я получился неким координатором. На самом же деле огромное количество людей, с которыми мы общались, занимались разными проектами, смогут подтвердить, что моя реальная деятельность и то, в чем меня обвиняют, не имеет ничего общего.

Один из основных фактов, на которых строится обвинение, — ваша связь с главой МВД Захарченко. Она была? Вы выполняли его поручения?

— Прямой связи в таком виде не было. Не могу вспомнить ни одного случая, чтобы я звонил Захарченко или он набирал меня. Общение состояло лишь в том, что я предлагал руководству МВД целый ряд медийных проектов. Одним из них была программа, которая позволяла бы всем гражданам в онлайн-режиме видеть динамику преступности — количество преступлений, рост или падение их количества, разделять их по категориям и т. д. Этот проект дал бы возможность контролировать деятельность милиции.

Аваков связывает с вами нескольких человек, которые, по его версии, также руководили действиями «титушек», — Чеботарев, Саркисян, глава харьковского «Оплота» Жилин. Вы их знаете?

— Знаю только Жилина. В период революции он приезжал в Киев и давал интервью каналу «112» и «Громадскому ТВ». В процессе работы над интервью мы с ним познакомились и пару раз созванивались после этого. Но это были не регулярные созвоны, может, раз в месяц, не больше. При этом таких знакомств у меня была масса. Огромное количество людей приходило на канал «112», я с ними знакомился, но разве можно предположить, что такие рабочие знакомства впоследствии будут представлять как криминальную связь?! Схема, которую опубликовал Аваков, абсурдна, потому что 60% указанных в ней людей я не знаю. И эта схема преступна, потому что опубликованы фамилии людей, их фотографии, их обвинили в том, что они не совершали. Можно представить такое в США?! Да и по нашим законам, вообще-то, обвинение может быть выдвинуто только после какого-то решения суда. Но министр в нарушение всех законов заранее объявляет преступниками людей, которых не допросили, к ним не приехали и не прислали какую-либо повестку, им не звонили, к ним не приходили на место работы и не опрашивали их знакомых. То есть их обвиняют без каких-либо следственных действий, чего в правовом государстве быть не может. Когда при прежней власти кого-то до приговора называли преступником, обрушивалась масса критики — мол, как же можно, ведь только предъявлено обвинение, но человека еще судят. А здесь не только не судят, не только не задержали, но даже человека не предупредили, что его в чем-то обвиняют! Представьте: человек сидит дома, в кругу семьи, смотрит телевизор — и из него знает, что в чем-то виновен…

«За $100 тысяч мне предложили занять конфликт»

Вы сказали, что в 2009-м уже была подобная ситуация. О чем идет речь?

— Да, тогда перед выборами меня несколько раз арестовывали, пытаясь навесить целый спектр обвинений, включая покушение на убийство (Фили Жебровской, гендиректора ОАО «Фармак». — Авт.). Только благодаря суду мне в конечном итоге удалось выйти на свободу, но при этом я потратил огромное количество времени, чтобы доказать свою невиновность. Но ситуация во многом была похожа. Все началось с того, что летом 2009-го за мной началось наблюдение. Я снял все это на камеру, отвез в СБУ и написал заявление. Но слежка не исчезла. Я приехал в МВД, в ГПУ, написал заявления — то же самое. Тогда я вызвал сотрудников ГАИ, которые остановили идущую за мной машину — и те продемонстрировали удостоверения сотрудников милиции. А еще через несколько дней на меня набросилась спецгруппа из 30 сотрудников «Сокола» с автоматами, которая открыла стрельбу, перепугав всех в находившемся рядом детском лагере, и задержала меня. Это было под Полтавой, оттуда меня привезли в Киев в два часа ночи и стали убеждать сознаться в нескольких убийствах, включая убийства нардепов. Но одновременно сказали, что за 100 тысяч долларов конфликт может быть исчерпан. Я понял, что третьего варианта у меня не будет, согласился на это предложение, и в 6 утра меня из Подольского райотдела отпустили, чтобы я нашел деньги. За мной снова установили слежку, но через дворы я от них ушел. А в 10 утра при свидетелях и под видеозапись сотрудники МВД ограбили мой дом, вынеся оттуда все ценные вещи. Меня же объявили в розыск, рассказав о том, что меня закрыли в кабинете с восемью сотрудниками «Сокола», приковав к ним наручниками, после чего все легли спать, а на утро обнаружили, что я сбежал. Понимая, что на меня объявлена охота, я позвонил следователю и заявил, что готов сотрудничать, на что мне ответили, что если я не сдамся к такому-то числу, меня пристрелят. После этого я собрал все документы, приложил видеообращение и обратился на ряд телеканалов, что меня собираются ликвидировать. Но из всех каналов со мной согласились взять интервью только «Надзвичайнi новини» (ICTV) и «Знак оклику» (ТВi), остальные отказались. Однако через три дня, когда я позвонил и туда, и туда, мне сказали, что они посоветовались с правоохранительными органами и решили, что это дело темное, а потому помочь мне не могут. После этого я остался один на один с государством, которое напало на меня, вымогало у меня деньги и теперь пытается ликвидировать при задержании. Вот после этого я понял, что в стране должны быть СМИ, на которых любой человек имел бы возможность сказать и быть услышанным. А люди пусть сами определяют. Необходимость создавать такие СМИ я понял еще тогда, в 2009-м. Тогда меня задержали, а из жителей деревни, где я жил, опергруппа в составе 30 человек стала выбивать показания. Людей вывозили в лес, пытали, совали им пистолеты неизвестно куда, копали им ямы, якобы собираясь убить. Но когда это все собрали и показали по местному каналу, в тот же день опергруппа собрала вещи и уехала. Когда на них наводишь свет, они тут же прячутся. Заканчивая эту тему, хочу сказать еще одно. Тогда, в 2009-м, я, после пяти дней слежки, после задержания и вымогательства, после публичного обвинения в свой адрес со стороны главы киевской милиции Яремы, никуда не сбежал из страны, а вел постоянную переписку со следственными органами. За это время я написал около 400 жалоб, звонил следователю, опергруппе и пытался им все объяснить. А теперь посмотрите, как поступил нынешний министр внутренних дел Аваков: как только появилось какое-то обвинение против него, он сбежал в Италию.

Но почему в 2009-м обвинили именно вас?

— Могу предположить, что это связано с тем, что и тогда я занимал активную политическую позицию, снимал фильмы, которые очень раздражали их героев. В частности, был фильм о губернаторах, который очень сильно разозлил ту власть. Кстати, дело 2009-го может из прошлого стать настоящим: мне известно от людей в правоохранительных органах, что его сейчас расшили и что-то пытаются в нем заменить — возможно, для того, чтобы появились улики, которые меня «изобличают». У меня есть ксерокопия настоящего дела, но что-то там сейчас пытаются изменить.

«Нам пообещали, что канал отожмут»

Вы упомянули канал «112». Какое отношение вы имеете к нему и к «Гром ТВ»?

— К «Гром ТВ» прямого отношения я не имею. Единственная связь состоит в том, что однажды они как-то были на эфире «112» и рассказали, что после нашумевшего дела о вывозе человеческих органов за границу все это продолжается дальше, что и сейчас людей за деньги отправляют в Турцию, что там есть многоэтажная клиника, в которой удаляют людям органы и платят за это какие-то деньги. Ребята якобы все это сняли скрытой камерой, но объяснили, что финансовая ситуация у них не та, чтобы снять полноценный сюжет в этом институте. Я дал им какую-то сумму, в районе 8 тысяч долларов, и им удалось снять сюжет. Почему я это сделал? Для меня, уже прошедшего 2009 год, очень важно, чтобы люди имели возможность через СМИ сказать правду и ответить на обвинения. Когда я дозвонился Шустеру и только начал что-то говорить, на меня тут же набросились Аваков и Шустер с обвинениями, после чего меня отключили. В моем понимании это не журналистика, потому что журналистика должна давать зрителям все точки зрения. 

Кроме упомянутого случая, никакой связи с «Гром ТВ» у меня не было. Что касается «112», моя должность — креативный продюсер канала. Я занимался разными медийными проектами и возможностями развития канала, получая удовольствие от работы с той командой, которая его делает. Мы, кстати, в прямом эфире показывали все визиты Автомайдана в Межигорье и к другим лидерам страны. Нам приписывали, что каналом владеет Захарченко; но стал бы Захарченко терпеть на своем канале прямой эфир визита Автомайдана к жилью, которое приписывали главе МВД?! Все выступления оппозиционеров на Майдане, все пресс-конференции мы показывали. При этом показывали и представителей власти — и нас называли провластными. Люди просто не привыкли к тому, что может быть просто объективная журналистика.

Кто же ее спонсирует и в чем их интерес?

— Интерес именно в свободе слова и именно по тем причинам, о которых я говорил, рассказывая о ситуации 2009 года. А финансированием канала занимается непосредственно его гендиректор Андрей Подщипков. И во всем этом есть определенная экономическая модель, потому что финансирование канала обходится в десятки раз дешевле уже имеющихся каналов. Все это происходит за счет новых технологий и намного меньшего количества сотрудников. Плюс Андрей тщательно отслеживал, чтобы нас не обворовывали посредники, и в результате оборудование было закуплено по минимально возможным ценам.

Ряд СМИ опубликовал информацию, что каналом «112» владеет не Подщипков, а ваша жена.

— Это просто некомпетентность. Стоило бы разобраться в структуре канала «112» и понять, что на мою жену оформлена только одна лицензия. Да, она обладает лицензией на одну из форм вещания канала «112». Если кто-то считает, что это равно владению каналом, пусть так считают.

Но вы в своем обращении говорите, что нынешняя власть пытается через давление на вас повлиять на политику «112» или сменить его собственника. Каким образом тогда это возможно?

— Я написал о том, что 2-3 недели назад к нам являлись ходоки, рекомендованные общими знакомыми, и предлагали форму, при которой мы отдаем 50% канала и входим в одно информпространство с теми каналами, которые защищают действующую власть. Иначе, если мы продолжим показывать беспристрастную картину, канал у нас просто «отожмут». Именно таким словом и объясняли. У нас на канале все настолько чисто в финансовом плане, что раньше я даже не представлял, что нас могут «отжать». И не думал, что власть может пойти по такому беспределу. Поэтому мы просто говорили «нет», объясняли, что готовы дать любую вашу информацию, но должны иметь возможность пускать в эфир всех, кто скажет любую точку зрения.

Известны ли вам факты по другим СМИ, с которыми поступали так же?

— Есть, но на данный момент я не могу взять на себя ответственность говорить о других людях без их согласия, потому что не знаю — вдруг они уже сдались новой власти или нашли какой-то иной выход.

Заканчивая тему «112»: недавно российская журналистка Латынина сказала, что встречалась с Ольгой Богомолец и гендиректором канала, который сообщил, что является руководителей предвыборной кампании Богомолец. О ком идет речь?

— 1000% это не я. И вообще я думаю, что кто-то что-то перепутал, если только речь идет действительно о гендиректоре, а не о человеке, который вышел из его кабинета. Потому что гендиректором «112» является Подщипков, а я точно знаю, что он в политические игры не играет.

«И тогда они приняли решение стрелять в обе стороны»

Тема обвинений Авакова. Понимаю, что должна быть презумпция невиновности, но обвинение уже есть. Вы можете доказать свою невиновность?

— В данной ситуации я постараюсь построить максимально открытую схему общения со СМИ и правоохранительными органами, чтобы ответить на все интересующие вопросы, — так же, как это было в 2009 году. Я не уйду от своей позиции и буду доказывать то, что есть на самом деле. А что же происходит на самом деле? На сегодняшний день в интернете есть запись разговора двух европейских политиков (главы МИД Эстонии и верховного комиссара ЕС. — Авт.), которые обсуждают, что расстрел на Майдане может быть делом рук бывшей оппозиции и нынешней власти, то есть Турчинова и Авакова. Уверен, что европейцам в личной беседе не было смысла врать. Теперь зайдем с другой стороны. Есть результаты якобы расследования МВД, ГПУ и СБУ, которого на самом деле не было, потому что никого не опрашивали. Но, допустим, оно было. Тогда почему в расследование не включены те люди, которые есть на видеокадрах, снятых в период с 18 по 20 февраля, где видно, что они из зданий, захваченных Самообороной, вели огонь из винтовок?! Ведь есть видео, есть люди на нем. Почему о них нет ни слова в итогах расследования?! Второе: несколько нардепов из разных фракций официально заявили, что видели запись, на которой снайпер стреляет сначала в одну сторону, потом в другую. Третье: на видеокадрах видно, как стоит группа «Самообороны» и со щитами пытается пройти вверх по Институтской; и вдруг мы видим, как пули попадают в дерево со спины этого отряда. Можно ли представить, что на Майдан зашли представители МВД или третьей стороны и начали стрелять в спину майдановцам? Это абсурд, так как все знают, как сложно было пройти через охрану Майдана. Какой вывод? Нынешняя власть поняла, что Европа случайно раскрыла их тайну. Теперь от них требуют расследования. Но провести его власть не может, потому что получится анекдот: у Авакова спрашивают, как прошло расследование убийств на Майдане, и он отвечает: «Не очень удачно». — «Почему?» — «Да в результате расследования вышли сами на себя». Поэтому вместо расследования получилось то, что они выдали. Но то, что они выдали, звучит очень нелогично. Ведь следствие во главу угла всегда ставит вопрос: кому это выгодно. Но кто поверит, что «злочинна влада» при всех ее преступлениях была настолько тупой, что не понимала, что достаточно одного-двух выстрелов, и на нее пойдет людская лавина. Понятие «сакральная жертва» было во всех революциях, и власть точно это понимала. Поэтому милиция до 20 февраля не была вооружена. 18 и 19 февраля 86 силовиков были ранены и 14 убиты боевыми патронами, но до утра 20-го числа они, неся такие потери, стояли невооруженными. Почему? Потому что понимали, что один-два выстрела приведут к еще большей агрессии. И другая сторона, о которой говорили европейские политики, поняла: сейчас мы откроем огонь, поднимем дух людей и получим результат. Поэтому идет стрельба 18 и 19 февраля, и ее организаторы ждут, что власть в ответ тоже откроет огонь, как это было бы в любой европейской стране. Но «злочинна влада» огонь не открывает, и тогда они принимают решение стрелять в обе стороны. Вот все, как было на самом деле, и европейские спецслужбы, а за ними европейские политики это уже поняли. Если европейцы не делают заявлений об этом, то только потому, что понимают: в Украине начнется хаос, когда люди поймут, что на крови их родных и друзей кто-то построил себе политическое будущее и теперь грабит страну, устраивая передел собственности. А «расследование» Авакова сделано лишь для того, чтобы скрыть правду и обелить себя в глазах европейских политиков. Да, были отряды правоохранителей с желтыми повязками, которые стреляли, но стреляли только 20 февраля, а не 18-го и 19-го.

А что вы можете сказать о действиях «титушек», в организации которых вас обвиняют?

— Ничего. Могу сказать, что мне позвонили сотрудники канала СТБ, которые ведут собственное расследование и были очень удивлены, что всплыла моя фамилия. У них есть конкретные фамилии, есть видеозапись людей, которые этим занимались, и теперь они с удивлением спрашивают меня, почему речь зашла обо мне. «Титушки» — это тема, требующая отдельного изучения, но то, что я ими не руководил, — это просто очевидно. При том количестве проектов, которые я вел тогда и веду сейчас, у меня не хватало времени ни на что. И тут я узнаю, что еще и руководил «титушками»!

Но у вас есть какая-то информация по этой теме?

— Не больше той, которая была в прессе. Больше того, насчет моей «влиятельности» могу сказать: у меня сохранилось видео 2009 года, на котором сотрудники милиции грабят мой дом, и если бы я имел такое влияние в органах, как мне приписывают, я бы, наверное, смог бы привлечь их к ответственности, а также вернуть золотые и серебряные предметы, которые были изъяты у меня, а потом украдены из материалов дела. Но это не произошло до сих пор. И я обращаюсь к господину Авакову: в 2009-м году следствие по мне курировал Ярема, и под его кураторством меня ограбили сотрудники Подольского райотдела. Если вы честный министр, привлеките к ответственности грабителей!

Но если обвинения нелепы, то, может, стоит откликнуться на предложение Авакова прийти на допрос?

— Я не знаю лично Авакова, но я знаю Ярему, который реально управляет процессами в МВД. У меня уже есть связанный с ним опыт 2009 года. И есть понимание того, что в честность нынешней власти верить нельзя. Это понимание исходит и из-за явно нелепой версии убийства Музычко. Бригада, производившая задержание, увезла пистолет, из которого он был убит. Как в такой ситуации следственная группа может определить, был он убит или совершил самоубийство?! Зная все это, я готов представить Авакову любую интересующую его информацию — по телефону, по скайпу, по почте, фиксируя на видео подписание показаний. Но я не вижу причины доверять такой власти.

В тему Аваков о снайперах с Майдана и патронах для "титушек" из МВД