Украинско-российская граница, не так давно ставшая настоящей пороховой бочкой, два месяца живет в режиме полной боевой готовности. Наши пограничники уверяют: это гражданские думают, что власти приготовились к сдаче юго-востока. А на самом деле, мол, стрелять на поражение право имеют, личный состав укомплектован и вооружен, ко всем участкам границы стянуты подразделения вооруженных сил с танками. Чтобы проверить реальное состояние границы, «Вести» отправились в пропускной пункт «Сеньковка» (Черниговская обл.), где сходятся украинская, белорусская и русская границы.

Не пропускают в Украину по 35 человек в неделю

В 100 км от «Сеньковки» нас встречает подполковник госпогранслужбы, начальник пресс-службы Черниговского погранотряда Александр Дудко. На нашем провожатом камуфляжка пограничников и форменный берет изумрудного цвета.

«Всего в погранслужбе служит около 50 тыс. человек личного состава. В связи с частичной мобилизацией в госпогранслужбу пришли еще 4,3 тыс. Сколько нарядов патрулирует границу в Черниговской области, сказать не могу, это тайна, но уверяю вас, мы готовы любыми средствами защищать кордон», — говорит Дудко, пока мы едем к границе.

Из-за нестабильного положения все 408,1 км украинской границы в Черниговской области (183 км из них составляет кордон с Россией) стали настоящим военным объектом: в погранселах ходят вооруженные армейцы, на подъездах к пунктам пропуска — танки и бронетехника. А раньше эти места считались абсолютно спокойными: минимум нелегалов и ЧП, разве что по мелочам.

Напряжение стало расти в марте и продолжает по сей день. «Только в Черниговской области за неделю в среднем заворачиваем по 35 граждан РФ. Часть из них получает запрет на въезд в Украину на три года», — рассказывает подполковник.

«Недавно на личном досмотре обнаружили у россиянина целый набор заточенных метательных ножей. А на вопрос, куда он, собственно, направляется, парень ответил: едет на встречу с девушкой, с которой познакомился в соцсетях. Имени ее не знает, а встретиться договорились в назначенное время под памятником в Днепропетровске. Такую чушь приходится слушать регулярно».

Недавно задержали автомобиль с четырьмя мужчинами. Крепкие они, с характерными ссадинами от боев. Все они показали белорусские паспорта, но при досмотре у них под сиденьем обнаружили еще два российских паспорта на водителя. В багажнике — патроны к автоматам, спецсредства защиты. Пограничники спросили, куда следуют. Ребята ответили: «К знакомым в Одессу, на свадьбу!» — «А зачем все эти странные вещи в багажнике?» — «Ой! Выложить забыли...»

«У таких «туристов» мы находили много чего — балаклавы, военные билеты, в которых значилось, что их владелец проходил службу в войсках РФ, или были отметки, что проходил службу на Северном Кавказе, в Чечне», — рассказывает Дудко.

Но две самые распространенные причины отказа — «мирные»: неподтвержденная цель поездки и отсутствие финансового обеспечения на время пребывания на территории Украины. Требуется 784 гривни на каждый день пребывания, но не менее 4700 гривен на одну поездку. Отсутствие средств используют иногда как формальный повод: человек выглядит подозрительным, а предъявить ему нечего.

Жители села патрулируют улицу

В паре километров от пропускного пункта — одноименное село Сеньковка. Красиво здесь! Рядом и березовый лес, и сосновый, зеленые луга, старенькие деревянные дома с уютными двориками. Настоящая гордость местных жителей — журавли. В Сеньковке живые символы благополучия вьют гнезда, считай, в каждом дворе.

Местные рассказывают: россияне из соседних приграничных районов сейчас редко показываются. Хотя у многих родственники здесь. А белорусы приезжают, как раньше. На могилах убирают, к друзьям и родственникам в гости ездят.

Возле сельсовета, едва ли не единственного здесь кирпичного здания, встречаем поселкового голову Юрия Голована. Румяный и улыбчивый мужчина говорит на украинском диалекте белорусского языка: для столичного уха звучит на удивление понятно и даже как-то по-домашнему тепло. «Я возглавляю отряд добровольцев. Нас 10 человек, мужчины от 25 до 42–43 лет... Мы помогаем пограничникам патрулировать границу. Обычно выходим в наряды 2–3 раза в неделю. Собираем оперативную информацию, но об этом рассказывать я не буду», — рассказывает Голован. Кстати, здесь на собственном вертолете патрулировал границу и киевлянин — офицер запаса. Просто позвонил и предложил свою помощь. Он дважды выходил в воздушный наряд, но нарушителей не заметил.

Вся жизнь поселка завязана на границе, объясняет глава сельсовета. Молодые, конечно, жить здесь не хотят — в город тянутся. А люди старшего возраста прикипели, ни за что не покинут родные края. «У нас тут все перемешалось. У всех есть родственники и друзья по ту сторону. Русские телеканалы столько лжи передавали... Мы-то понимаем, что живем как на пороховой бочке, но бежать никто не собирается. Здесь наша родина. Не уедем, даже если танки прямо сюда попрут: партизанщину никто не отменял, а затвор передернуть и старики могут. Зла мы никому не желаем, все мы братья. Но это не означает, что свои земли не сможем защитить и в случае чего не будем стрелять», — решительно говорит Голован.

Танки из «Гондураса»

Решительность сельского головы подкрепляет серьезная техника в окрестностях села — танки, бронетранспортеры, камуфляжные палатки в лесополосе и множество вооруженных военнослужащих. Подполковник Дудко объясняет: «Минобороны прислало войска в начале марта... Уже несколько групп здесь сменилось. Границу защищают и пограничники, и вооруженные силы, и местное население. Танки из Гондураса - здесь так называют село Гончаровское, где находится база танкистов. Они, правда, обижаются, когда так говорят».

Российские войска в 3-70 км от границы

Пропускной пункт выглядит буднично: легковушки, тяжелые фуры проходят контроль. Работают пограничники и таможня. «Рядом есть шесть площадок для вертолетов. Их в 2004 году сделали для специальной встречи президентов», — продолжает Дудко экскурсию.

Ранее В РФ ввели упрощенный порядок получения российского гражданства

Слева от «Сеньковки» — белорусская граница, справа — кордон с Россией. Там невдалеке виден баннер: «Россия. Брянская область. Климовский район». Где-то там российская армия. То же самое — танки, БТРы. Хотя их не видно. Пограничники говорят: российские войска рассредоточены в 3–70 км от границы. Это данные оперативного наблюдения. «В частности, видели скопление военной техники РФ возле Климово и Новозыбкова, это Брянская область», — говорит Дудко.

Система «Хмель» и противотанковые рвы

Поэтому в «Сеньковке» уже появился противотанковый ров. И система сигнализации, которая называется «Хмель». Она рассчитана на тех, кто попытается тайно пересечь границу: «Хмель» — это металлическая проволока, если ее задеть, сработает тревога. А дальше — перекопанная земля. Если нарушители будут бежать, мы увидим их следы», — объясняет подполковник Дудко.

Примерно так же защищали границу в 60-е годы прошлого века. Я думаю: «А как же компьютеры, современные системы защиты и обнаружения?» Но спросить не решаюсь.

А мой экскурсовод, словно мысли читает. «У нас пограничники патрулируют границу на мотоциклах «Минск». Есть снегоходы — мощные и современные, ведь зимы в этом регионе снежные. А еще квадроциклы». И рассказывает о денежном довольствии. Сержант получает 1800 грн в месяц, офицер — до 4000. Есть еще надбавка за звание. У полковника, например, 135 грн.

Любопытно, что замначальника Черниговского пограничного подразделения  — этнический русский. Нашу страну, по словам его подчиненных, очень любит — мол, такому патриотизму многие украинцы могли бы позавидовать. Но общаться с нами он не захотел - не до разговоров сейчас.

«Три сестры» защищают границу

Возле «Сеньковки» еще в 70-е годы установили Монумент дружбы народов. Он состоит из трех стел, объединенных общим кольцом. Иногда их называют «Три сестры».

Монумент дружбы не мокнет под дождем. Фото: С.Харченко/Вести

«Его строили три народа: стелу сделали белорусы, кольцо объединения изготовили в России, а само возвышение - в Украине. Потом покрыли инкерманским камнем из Крыма», — рассказывает наш гид. У монумента принято было отмечать День молодежи. Каждый год жители приграничных сел — украинских, белорусских и российских — съезжались сюда, торговали и общались. А в этом году, впервые за 42 года праздник, возможно, не состоится. «А жаль, хороший был праздник. Еще традиция была: каждый год закапывали в лесу бутылку водки, чтобы на следующий День молодежи откопать ее и выпить», — рассказывают жители села Сеньковка. 

Александр Дудко добавляет мистическую вещь: когда над монументом идет дождь, на пункте пропуска всегда сухо. «Будто дождь останавливается возле шлагбаума», - говорит он.

В старинной книге сказано, что войны с Россией не будет

Неподалеку от пункта пропуска «Сеньковка», возле села Гасичевка, есть маленькая, почти заброшенная хата. Прямо во дворе — танк, причем так замаскирован, что поначалу мы его не заметили. Возле него, под камуфляжным брезентом, вооруженные бойцы внутренних сил. Из-за покосившегося забора на нас с любопытством смотрит старушка. Заметив, что хотим поговорить, идет навстречу, опираясь на сапу. Морщинистое лицо, руки с признаками подагры. «Меня зовут Палажка Матвеевна (Дудка Пелагея Матвеевна. — Авт.). Я старше всех, кто живет у нас в Гасичевке, а живет здесь 43 человека. Угадайте, сколько мне лет! А 88 лет уже», — смеется она. Пелагея Матвеевна на удивление коммуникабельная: живя в такой глуши, не потеряла человеческую открытость и искренность. Так что буквально за 15 минут Палажка Матвеевна рассказывает нам всю свою жизнь. «Я прожила в этом селе всю жизнь. Граница — это моя жизнь теперь, получается. Здесь я видела и войну, и голод. Видите хату напротив? Там брат мой жил, умер уже — от водки сгорел с женой своей вместе. А до этого на том же месте стояла наша родительская хата. Деревянная была, как и те, что сейчас. Так погубили ее немцы — сожгли, а я, брат, сестра и мама чудом спаслись. В голод нас лес спасал, собирали цвет акации и грибы», — вспоминает она.

Пелагея Матвеевна живет в деревянной хате без воды и света. Фото: С.Харченко/Вести

Воспользовавшись небольшой паузой собеседницы, мы наконец вклиниваемся и задаем ей вопрос о танке, который буквально стоит у нее во дворе. Палажка Матвеевна тут же удивленно округляет глаза и с улыбкой говорит: «Не мешают они мне, и не боюсь! А вот возле кладбища, которое напротив моего дома, могли бы и не рыть окоп. Когда они это делали, меня дома не было, а то я бы под танк легла и не позволила бы. Как же теперь на кладбище ходить?!»

Пелагея Матвеевна рассказывает: когда бойцы два месяца назад пришли сюда, то всюду лежал снег, было холодно, и пришлось поселить их на время у себя. 18 человек в хате ютились. «Приезжала мамка одного из них, так упала на колени и кричала, что благодарит меня за то, что я оставила ребят у себя. А у меня ж ни воды, ни света нет проведенных. Дочка одна есть, но она сильно болеет, живет отдельно, так что хорошо мы с ними поладили», — делится с нами Пелагея Матвеевна.

В тему СБУ обвинила российских офицеров в диверсионных акциях на востоке Украины

Старушка, несмотря на отсутствие благ цивилизации и преклонный возраст, надо сказать, неплохо ориентируется в политической ситуации в стране. «Я хоть и верующая, но кляну всех начальников. Хотела как-то с Кучмой встретиться, но не вышло», — продолжает она. И неожиданно открывает нам мистическую тайну Гасичевки. Оказывается, в поселке сохранилась «старинная нецерковная книга», в которой написаны пророчества для Украины на тысячи лет вперед. «Жил здесь один колдун. Я помню его еще, когда ребенком была. И была у него, честное слово говорю, книга с предвещаниями. Там было написано и про войну Великую Отечественную, и про голод, и даже про то, что Крым отберут! Клянусь вам! И еще там было про то, что сейчас происходит. Так вот: войны между Украиной и Россией не будет! Дальше писалось, что будем процветать мы. Я бы и сейчас хотела в ту книгу заглянуть, но куда она пропала, не знаю. Но вот увидите — наладится все скоро! Мир будет и спокойствие. Помянете мое слово».