Имя 20-летнего кандидата в мастера спорта по рукопашному бою из Белой Церкви Вадима Титушко не сходит с газетных полос и звучит с телевизионных экранов. В субботу, 18 мая, во время митингов в столице этот крепкий парень напал на журналистку «Пятого канала» Ольгу Снисарчук. Для того чтобы узнать, как и зачем профессиональные борцы попадают на политические мероприятия, мы встретились с коллегой Вадика Румына (так друзья называют Титушко) — 24-летним мастером спорта по боксу Виктором из Полтавы.

Мечтал о медалях

У моего собеседника крепкие плечи и сбитые костяшки пальцев. Светлые, почти прозрачные глаза. И, на удивление, добрая улыбка. С общим впечатлением — гора мускулов — эта улыбка совсем не вяжется.

— Знаешь, как я представлял свое будущее в 12 лет, переступая порог секции по боксу? — спрашивает он у меня. — Олимпийский пьедестал, золотая медаль, восхищенные крики поклонников и щедрые гонорары, которых с лихвой хватит на «жизнь в шоколаде»…

— А потом оказалось, что мечта стоит дорого?

— Да! Хотя у меня были способности. Но для того чтобы ездить хотя бы на всеукраинские соревнования, где тебя могут заметить, нужны деньги. А их не было. Мои родители развелись, когда мне было три года, и мать воспитывала меня одна.

— А тебе хотелось заниматься чем-то, кроме спорта?

— Нет. В школе я знаниями не блистал и после девяти классов поступил в техникум. Но оттуда меня выгнали за драку. Пришлось идти в вечернюю школу. Получив аттестат, я решил больше не учиться. Ведь, кроме спорта, меня в жизни ничего не интересовало. И таких, как я, в нашей среде много. Мы до сих пор ежедневно проводим полдня в спортзале. Впрочем, есть и те, кто уже окончил институт и делает карьеру. Люди — все разные.

— А каким образом ты и подобные тебе зарабатываете на жизнь?

— К нам часто обращаются за помощью разные люди. Бизнесмены — если им нужна охрана какого-то объекта. Или помощники политиков во время митингов или выборов.

— Они звонят каждому спортсмену лично?

— Нет, у нас есть один общий друг, который с ними общается. Он заказы и принимает. Кстати, сам он уже спортом не занимается. Получил высшее образование и работает в мэрии.

— И сколько таким образом можно заработать? Ведь заказы поступают от случая к случаю…

— Немного. В Полтаве — от 200 до 300 гривен. В Киеве — от $120 до $200. А в канун выборов можно и $500 за вечер получить. Но я в таких мероприятиях уже не участвую.

— Почему?

— Полгода назад мы охраняли один завод (это было не в Полтаве), из-за которого поспорили два бизнесмена. Второй предприниматель тоже привел спортсменов, и они на нас напали. К счастью, в этой потасовке никто из ребят не получил серьезных травм. Но бизнесмены натравливали нас друг на друга, как собак! А я не люблю, когда меня так откровенно используют. Тем более что, если случится какая-то неприятность, в тюрьму идти мне.

— А сейчас ты где-то работаешь?

— Мне повезло. Тренер порекомендовал меня одному бизнесмену, и тот нанял меня телохранителем.

— А почему спортсмены не хотят зарабатывать обычным способом? Например, стать водителем или рабочим?

— Это унизительно! Мы всю жизнь посвятили спорту. Почему мы должны размениваться? Кроме того, на физическую силу и умение драться всегда был и будет спрос.

— А что ты думаешь о поступке Вадика Титушко?

— Сложно сказать. Я его не оправдываю, бить женщину - подло. Но я понимаю, что он — марионетка в чужих руках. Если милиция хочет расследовать это дело, надо найти тех, кто его нанял.

Посетительницы «Оплота» в восторге от мускулистых спортсменов. Фото: Юрий Медведь

Вези бойцов!

Подтвердил слова спортсмена и один из столичных тренеров по боксу. Правда, попросил не называть его имя и фамилию в газете.

— Во времена СССР детско-юношеские спортивные клубы финансировались государством. И мы могли спокойно готовить спортсменов. А самых талантливых продвигать на международный уровень. Теперь все иначе. Клубы получают деньги из местных бюджетов. Но этого не хватает даже на ремонт помещения, покупку инвентаря и зарплату для тренеров. Стоит ли говорить о соревнованиях? Если родители подростка готовы оплачивать расходы, он сможет участвовать в турнирах. Если нет — будет тренироваться дома.

Впрочем, большинство тренеров все-таки пытаются продвигать своих учеников. Поэтому пребывают в постоянном поиске спонсоров или выпрашивают средства в местных администрациях. В результате чего попадают в зависимость. В канун выборов или перед политическими митингами меня неоднократно вызывали в администрацию и требовали, чтобы я привез ребят охранять избирательную комиссию, раздавать листовки или носить плакаты. Еще и шантажировали. Мол, откажешься — не дадим денег! Аналогичная история и с бизнесменами. Если они помогли — значит, попросят принять участие в какой-либо рейдерской атаке. Лично я такие предложения не принимаю. Но некоторые мои коллеги соглашаются. Ведь предприниматели предлагают хорошее вознаграждение. А его можно потратить на ребят.

Любопытно, что, кроме ДЮСШ, в Украине много частных секций борьбы. И чаще всего их негласно финансируют политики или бизнесмены. Таким образом, они, по сути, создают себе мини-армию.

— Некоторые из этих клубов не имеют лицензии, расположены в подвалах жилых домов и существуют благодаря тому, что руководство секции дает на лапу начальнику ЖЕУ и участковому милиционеру, — продолжает тренер. — Другая часть скрывается под маркой дорогих фитнес-клубов. Но суть у них одна. Хотя спортсмены об этом даже не догадываются. Их тренер просто ставит перед фактом. Мол, нужно пойти туда-то и сделать то-то. Иногда ребята получают за это деньги. А иногда — нет...

"МЯСНИК, ДАВАЙ, ДУШИ ЕГО! ДАВИ ЕГО..."

Участие в политических акциях и бизнес-разборках — не единственный способ полулегального заработка спортсменов. Есть еще один, не менее популярный, — так называемые бои без правил.

...Харьковский ночной клуб «Оплот» — известное место среди борцов. Здесь они могут не только получить деньги, но и привлечь к себе внимание спонсоров. «Вести» решили увидеть происходящее в заведении своими глазами.

Не рефлексируй!

— Это красиво! — говорит наш фотограф.

— Нет! Это отвратительная уличная драка! — возражаю я.

Мы с фотокором спорим уже битый час. И каждый из нас остается при своем мнении. В центре небольшого зала ночного клуба «Оплот» установлена клетка-«восьмиугольник». А в ней двое парней яростно мутузят друг друга. По сравнению с происходящим бокс — зрелище для домохозяек. Но зрители в восторге.

— Мясник, души его! Дави его! — надрываются они.

Крепкий дагестанец по прозвищу Мясник явно побеждает и, чтобы закрепить успех, бьет соперника — щуплого, светловолосого паренька с приплюснутым носом — по голове. Худой закрывается от ударов дрожащей рукой. Вмешивается судья, и кавказец отходит в сторону. Но проигравший уже не может встать. Несколько минут он ничком лежит на матах. Но потом все-таки поднимается и, покачиваясь, выходит из клетки.

На часах давно за полночь. От сигаретного дыма и скопления людей воздух плотный — хоть режь ножом. Глаза устали от выедающего света прожекторов. Но шоу продолжается. Под взрывы клубной музыки из-за кулис в сопровождении моделей появляется новая пара борцов. Как и перед этим, один из них — из спортивной секции «Оплот» (она работает при ночном клубе), второй — из Лубен. И даже непрофессионалу сразу понятно — провинциал опять слабее (то ли не хватает опыта, то ли правильного питания). Харьковчане уже выиграли шесть предыдущих боев. И, судя по всему, снова победят.

— Лубны — просто «мяско» для наших крепышей! — улыбается мне один из сотрудников клуба.

— А мне жаль лубенских…

— Да ладно тебе рефлексировать. Всем нравится! К нам люди приезжают смотреть бои даже из других стран. Например, из Беларуси и России. А бывает, что и европейцы заходят.

Cекс-услуги

Столик с выпивкой и закуской в «Оплоте» стоит от 500 до 800 гривен. Но большинство зрителей приходит сюда каждую неделю. Покрытые татуировками мужчины с внешностью «братков». Упитанные «папики» в пиджаках и при галстуке, с юными красавицами. И бизнес-вумен «за тридцать»...

— Я обожаю смотреть бои! — признается одна из них, в вечернем платье с глубоким декольте и золотыми перстнями на пухлых пальцах рук. — Это такой прилив адреналина!

— А своего сына пустила бы сюда?

— Сына?! Нет, что ты…

Наши голоса тонут в репликах молодого и импозантного ведущего в ладном костюме.

— Девушки! — кричит он в микрофон. — У этого бойца столько энергии! Ее надо правильно использовать!

— Используем… — блаженно улыбается моя собеседница. — Вот этот, темненький, такой симпатичный... А мускулы какие!

— Покупаешь? — не стесняясь, спрашиваю я.

— Иногда покупаю, — признается она. — За $100–150 соглашаются. Спортсменам деньги нужны…

Конечно, секс-услуги скучающим дамам оказывают далеко не все борцы. Это дело добровольное. И организаторы шоу отношения к этому не имеют. Но за участие в поединке каждый из парней получает гонорар — $100. А за победу — $300. Для провинциалов это деньги. Ради них можно стерпеть разбитый нос или обморок. Тем более что за боем в клубе следят судья и медики. Да и правила (несмотря на название шоу) здесь все-таки есть. Нельзя бить по затылку, позвоночнику и выдавливать глаза. А значит, жизни ребят вроде бы ничего не угрожает. Кроме того, все выступления показывают по ТВ в Харьковском регионе (почти как Абсолютные бойцовские чемпионаты UFC в США). Поэтому втайне каждый из спортсменов мечтает, что его заметят. Но подобные вещи случаются нечасто.

Чудес не бывает

— Я тоже раньше дрался в «Оплоте», — рассказывает 23-летний Виктор из Ровно. — Но потом понял — чудес не бывает. Поэтому нашел место, где платят больше, поехал в Одессу — участвовать в подпольных боях без правил. Жили мы с ребятами в общежитии. Ежемесячно получали зарплату 7 тысяч гривен и гонорары за бои: участие — $300, победа — $600. Поединки проходили три раза в неделю в закрытых пансионатах на берегу моря либо в подвалах. Правил, врачей и судей не было. И перед боем организаторы брали у каждого из нас расписку о том, что в случае травмы мы претензий к ним не имеем.

Впрочем, я обычно выигрывал. А когда однажды проиграл (противник порвал мне связки на правой руке и отправил в глубокий нокаут) — сам поковылял в больницу.

Как выяснилось, подпольные борцовские турниры — явление, весьма распространенное в нашей стране. Особенно в больших городах. Например, в Киеве или Донецке.

— Называются они Битвой гладиаторов, — продолжает Виктор. — Политики и бизнесмены покупают наши кулаки на один вечер и делают ставки. А нам платят гонорары. Конечно, участвовать в таких боях страшно. Там могут и убить. А что делать? Жить-то как-то надо…

Впрочем, по словам Виктора, о том, что кто-то из борцов погиб во время Битвы гладиаторов, он не слышал. А вот тяжелые травмы (после которых спортсменам приходилось долго восстанавливаться или навсегда уйти из спорта) ребята получали.

«Я ГОТОВЛЮ СОЛДАТ. Я ВЕРЮ В СВОЮ НАЦИЮ»

Бои без правил, конечно же, неплохой бизнес. Но владелец клуба «Оплот» Евгений Жилин хочет подвести под свое ремесло некую идейно-философскую основу.

— Деньги для меня вторичны, — уверяет Жилин. — Я выполняю свою гражданскую миссию.

— А в чем конкретно она заключается?

— В том, чтобы готовить солдат. То, что происходит у нас в клетке, максимально приближено к боевым действиям.

— Но сейчас нет войны…

— Ну и что? Даже в мирное время мужчины должны быть в состоянии защитить свою Родину. Я верю в свою нацию, которая выиграла Вторую мировую. Мы — самая устойчивая нация, это наш дар — стойкость. И я в это верю. В способность и умение держать удар! Я думаю, что скоро в боях без правил мы станем сильнейшими в мире! А это приятно, это как по району идешь: ты откуда, а оттуда, этого не трогать!

— Мне кажется, что параллель между схваткой в клетке и войной неуместна…

— Ну, надо же парням себя где-то проявлять!

— Поэтому вы проводите бои не только для профессиональных спортсменов. Но и турниры «Белых воротничков», в которых принимают участие все желающие?

— Да! Ведь для многих молодых мужчин драться — это нормально. Сколько ему ни говори: «Не дерись на улице» — он все равно будет это делать. Так почему не дать ему перчатки и не сказать: «Иди и дерись!»? Но, не в подворотне. А цивилизованно — с судьей, врачом и страховкой. У нас уже очередь образовалась из желающих принять участие в поединках. Хотя «Белым воротничкам» мы ничего не платим…

— Вы неоднократно возили ребят спортклуба «Оплот» на политические акции в Киев. Например, на митинг памяти жертв УПА или памяти генерала Ватутина. В результате между борцами и членами партии «Свобода» возникали потасовки. Для чего вы это делаете?

— Наша общественная организация «Оплот» отстаивает интересы ветеранов Великой Отечественной. И мы требуем однозначной трактовки истории в нашем государстве: ОУН-УПА — это пособники фашистских оккупантов, их героизация недопустима. А свободовцам я сказал: хотите померяться силами? Хорошо! Вызываю вас на бой в клетке. Устроим турнир сторонников Красной армии против сторонников ОУН-УПА.

— Если главное в вашей деятельности — идея, почему вы платите борцам деньги?

— А как иначе? Они должны зарабатывать. Им же надо за что-то жить! Так принято во всем мире.

— А сколько боев в клубе проходит ежемесячно?

— Около 70! В том числе — соревнования. Например, на чемпионате Харьковской области призовые были такие: за первое место— $1500, за второе— $1000, за третье — $500. В то же время на чемпионате Украины гонорар за первое место составлял — $5000, за второе — $3000 и за третье— $1500. Для спортсменов это много. Такие же гонорары получают борцы за участие в американских UFC. Но там турниры проводятся редко — раз в квартал. А у нас — дерись хоть каждую неделю.

— Но ведь за обычные бои вы платите не более $300?

— Да, но, если постоянно заходишь в клетку, можно заработать гораздо больше.

— И все-таки многие спортсмены считают происходящее в вашем клубе недопустимым. Спорт (например, бокс) — это сражение за идею. А в «Оплоте» дерутся ради денег. Да и правила у вас минимальные…

— Спорт за идею? Все это слова! А на улице правила есть? У нас боец заходит в клетку с одной целью: заставить противника сдаться. Или нокаутировать, или задушить, или сделать ему болевой прием. Бывает, что во время удушающего приема борец засыпает. Но потом просыпается и снова готов драться. Бывает, что кому-то что-то разобьют. А как иначе? Это же контактный вид спорта! Но чтобы в каждом бою выносили за ноги — такого у нас нет. Хотя нокдауны случаются, и бой не прекращается. Многие спортсмены, получив нокдаун, падают на колено, проходят между ног противника и выигрывают бой.

Кстати, смешанные единоборства — не самый опасный спорт с точки зрения травм. По голове спортсмен получает максимум один или два удара. А бой в основном заканчивается в партере. Так что не стоит драматизировать…

ДРУГОЕ МНЕНИЕ

— Я противник боев без правил — говорит глава Украинского центра спортивной медицины Юрий Дегтярев. — Почему в нашей стране запретили собачьи бои? Получается, собакам нельзя, а людям можно?! Впрочем, борцы сами должны оценивать риск: они могут погибнуть или стать инвалидами. И постоянно участвовать в турнирах нельзя. Поединок — пик формы спортсмена. После него необходимо время, чтобы восстановиться. Например, в боксе после глубокого нокаута боец проходит медицинское обследование, а затем полгода отдыхает...

ЗАЧЕМ ЗАПРЕЩАТЬ, ЕСЛИ ЭТО ВЫГОДНО?

Первые попытки проводить шоу на кулаках в Украине (на манер американских UFC) были предприняты в 90-е годы. В то время поединки борцов в клетке проходили даже в столичном Дворце спорта. Но один из боев закончился трагедией — погиб американский борец. И турниры запретили.

— Такого вида спорта, как бои без правил, в Украине не существует — утверждают в Министерстве молодежи и спорта. — Но есть организации, которые прикрываются именем международных федераций (хотя на самом деле не имеют к ним отношения), договариваются с местными администрациями, открывают спортивные клубы и проводят бои. Получив информацию об этом, мы требуем закрыть клуб. Но данные попадают к нам не всегда. А самостоятельно инициировать расследование мы не можем.

— Любую проблему можно решить, — утверждает исполнительный директор Международной федерации «Фри-файт» Сергей Антропов. — В данном случае необходимо на законодательном уровне создать механизм контроля за нелегальными спортклубами. Особенно, если они втягивают спортсменов в бои без правил или заставляют участвовать в политических акциях и рейдерских атаках. А для того чтобы борцы не принимали опасных предложений, государство должно задуматься о полноценной программе развития спорта.

— Можно последовать примеру США, — считает вице-президент Спорткомитета Украины Александр Мандрик. — Там понимают, что UFC — коммерческое предприятие, а не спорт. Поэтому государство выдает организаторам боев лицензию и взимает с них налоги. Кроме того, следит за тем, чтобы судьи были квалифицированными. А борцы имели страховки, получали медицинскую помощь и достойные гонорары. Зачем запрещать, если это выгодно?