Золотые пески: что скрывается за высокими заборами вип-домов

Золотые пески: что скрывается за высокими заборами вип-домов

Как воруют берега украинских водоемов? Самые распространенные схемы и как с ними бороться – смотрите в материале из серии расследований проекта "Репортер Расследование".

30-километровая зона побережья полностью застроена элитными особняками и обнесена заборами, что буквально врезаются в воду.

Депутаты, чиновники, олигархи, создавая свои элитные поселения, занимают не только сушу, но и водоемы, чем нарушают Конституцию. Кроме главного закона, застройку возле водоемов запрещает и закон, принятый в 2010 году. После Майдана в Украине началась борьба за восстановление права доступа к воде.


Почему полиция отказывается искать преступников: расследование "Вести. Репортер"


В рамках этой борьбы активисты сейчас частенько заезжают в Козин и Плюты – два села, из которых, по сути, состоит знаменитая Конча-Заспа. Это территория в нескольких километрах от Киева, где свои резиденции имеют представители власти и крупные бизнесмены.

Но если активистам и удается снести что-то — то лишь незначительные ограждения, за которыми еще нет капитальных строений. Что же делать с имениями? Кое-где к ним и подойти опасно. Например, уже после Майдана, активистов, пришедших в имение Ахметова, избили. А недавно, по словам журналиста Дмитрия Гнапа, съемочную группу расследований вообще — обстреляли. Мы решили посмотреть на ситуацию с прибрежными зонами непосредственно из воды... Для этого арендовали катер и отправились по Днепру в сторону Конча-Заспы.


"Вести. Репортер" провели резонансный эксперимент на киевских пляжах


Начиная от Южного моста в Киеве смотрим по левую руку. Побережье уже наполовину или застроено, или ведется строительство. Чуть дальше — село Вишенки. Заезжая, видим — побережье полностью застроено. Здесь проживает немало богачей, в том числе, резиденцию имеет народный депутат Юрий Бойко.

Через несколько километров по Днепру от Киева начинается совсем другая жизнь. Такое себе Монте-Карло. Побережье полностью застроено огромными домами и заборами, которые буквально вгрызаются в воду. Где тут местные жители из тех же Козинцев могут найти себе пляж — непонятно.

Проезжаем немного дальше. Здесь по соседству с вышеупомянутым Ахметовым на берегу уютного рукава Днепра проживает… Юлия Тимошенко. На въезде из воды почему-то стоит знак с перечеркнутой лодкой. Как же тогда жители городка рассекают на своих катерах? Задавшись этим вопросом, мы и поехали вглубь.

Дом размером почти 600 квадратных метров оформлен на кузину. Собственная пристань и несколько десятков метров собственного пляжа. Это камерный коттеджный городок Серебряный залив. Мы решили подойти к дому с суши.

Аккуратно подстриженные газоны, деревья, красивые особняки… Когда попадаешь сюда, понимаешь, что пока народ стремится в Европу, у некоторых Европа уже давно началась... Через один дом после дома Тимошенко Европа резко заканчивается, ржавые ворота перекрывают выход к воде. Судя по надписи, здесь теперь проживают кабан, лиса и филин.


"Виновных уже отстранили": как эксперимент Вести. Репортер повлиял на киевские пляжи


А вот роскошный дом самого богатого прокурора Украины Юрия Кривобока. Ему всего 34 года, а уже официальный мультимиллионер. Имеет 41 земельный участок общей площадью 21 гектар! Самый дорогой из них – в Козине. Площадь дома — почти 2000 квадратных метров. Выход к воде полностью перекрыт...

«Все открытые водоемы — реки, озера, моря – являются исключительно собственностью народа Украины. Соответственно, все имеют право плавать в них, заниматься рыбалкой, пересекать их на лодках и т.п. Кроме того, есть так называемое природоохранное законодательство, которое предусматривает, что любой водоем имеет прибрежную защитную полосу, на которой нельзя ничего делать. Если это большой водоем, то это 50 метров. Строительство капитальных строений в прибрежной зоне запрещено», – пояснил адвокат, председатель Совета общественного контроля при НАБУ Роман Маселко.

С Конча-Заспой все понятно — доступа к воде почти нет. А живут тут – сильные этого мира. Ми же решили найти каких-то новых малоизвестных героев. Поехали по Обуховской трассе и прибыли в село Балыко-Щучинка.

Здесь установлен мемориал битве за Днепр. Именно здесь был Букринский плацдарм. Впрочем, 70 лет спустя, кто-то из украинцев также решил захватить себе плацдарм на правом берегу Днепра. И в свою крепость он никого не пускает. Мы пошли поближе к имению и попробовали узнать, чье же это добро. Отметим, что сам мемориал в значительно худшем состоянии, чем забор вокруг этих владений.

От мемориального комплекса по набережной Днепра в селе Балыко-Щучинка мы прошли метров 300. Но Днепра не увидели — только заборы. Подходим к тому самому имению. За забором продолжается строительство. Берег активно намывают. В заливе расчищен канал для водного транспорта.


"Дети идут на войну, потому что работы нет". Репортаж "Вестей" из главного военного госпиталя


«Иногда мы видим, что в воду заходят не просто изгороди, а целые сооружения, — комментирует адвокат Роман Маселко. — Конечно, в таких случаях мы можем говорить о незаконном строительстве, которое осуществлено без соответствующих разрешений. Если что-то построено незаконно, то право собственности на такой объект, у человека, который его построил, не возникает. И теоретически каждый гражданин Украины, который видит такую незаконную застройку, вправе требовать, чтобы эта застройка была снесена или же способствовать, чтобы законодательство выполнялось».

Тем временем мы продолжаем выяснять имя хозяина «плацдарма» на берегу Днепра. Стучим в ворота. Но нам никто не открывает. Строители спрятались от съемочной группы, а хозяина могло и не быть дома. Возможно, что-то про строительство и его хозяина знают соседи?

Заходим в местный магазин.

— Скажите, давно строится этот дом?

– Давно, года три уже.

— А это местный? Вы его знаете?

– Нет, не местный.

Общаемся с людьми на улице.

— Забор он недавно поставил.

— А люди не возмущались?

— А что ты ему скажешь? На Днепр даже глянуть нельзя. Мы раньше переплывали залив, а теперь же под берегом нельзя пройти. Все заграждено. Это безобразие, и кому ты пожалуешься?

Может, с нами чем-то поделятся в сельсовете? Там реагируют сперва типично: «Уберите камеру!» Позже мы все-таки ставим свои вопросы.

— Нам местные жаловались, что кто-то перекрыл берег…

— Как перекрыли берег?

— Доступ к берегу. Там ограда с двух сторон прямо в воду заходит. Люди говорят, что не могут попасть туда.

— А до этого как они могли попадать — там же камыши были?

— Но это запрещено — забором перекрывать.

— Это строительство выведено за пределы населенного пункта. Не знаю, кем. Когда я пришла (на должность. – Авт.), оно уже было за пределами населенного пункта.

— А когда вы пришли? Давно?

— В 2012 году.

— А строить они не так давно начали?

— Да, строить они начали в прошлом году, весной. Я не знаю, кто им дал разрешение. Там была куча судов, и они все суды выиграли. Прокуратура занималась этим вопросом еще до того, как я пришла на должность. Таскали, дергали — в итоге признано, что все законно, и они начали строительство.

Речь о судебном решении судьи Обуховского районного суда Киевской области Мостового от 27 декабря 2013 года. Киевская межрайонная экологическая прокуратура Днепровской экологической прокуратуры завела уголовное дело относительно незаконного выделения этого участка. Начальника управления Госкомзема в Кагарлыкском районе Киевской области обвиняли в том, что он незаконно изменил назначение этой земли — с земель водного фонда, то есть защитной прибрежной полосы, на земли сельскохозяйственного назначения. Поэтому договор о приобретении этого участка должен был быть признан незаконным. Но суд не признал доказательства прокуратуры достаточными. Коротко можно сказать, что суд не увидел доказательств того, что этот земельный участок находится на побережье!

«Если это четкая прибрежная зона, то вопрос, как ей дали статус земли для ведения сельского хозяйства? Понятно, что это схема используется для того, чтобы эту землю можно было кому-то передать, ведь по закону прибрежная зона не выделятся никому, не передается в пользование или в собственность, а вот для сельского хозяйства ее можно использовать. Поэтому ее передают в с/х пользование, а затем строят там, что угодно», — говорит адвокат Роман Маселко.


Дохлая рыба пляжному сезону не помеха. Эксперимент "Вести Репортер"


Согласно реестру имущественных прав, это имение принадлежит Потернаку Виктору Николаевичу. Он — бывший помощник народных депутатов от Социалистической партии Анатолия Грязева и Евгения Филиндаша. Отметим — землю ему предоставили для ведения личного сельского хозяйства.

Вот только сооружение, которое строится на берегу, — это явно не сарай для свиней и не амбар для зерна, засеянной пшеницы или кукурузы вокруг дома также не видно. Зато там есть причал для катера или яхты, а рядом — газон.

«В земельном законодательстве есть четкий принцип целевого использования земельного участка. Если она предназначена для сельского хозяйства, для сенокосов, для выпаса скота, то категорически нельзя осуществлять там любое строительство», — отметил Роман Маселко.

До сих пор наказания за такие манипуляции с землями защитного водного фонда так никто и не получил. Это и не удивительно, ведь суд просто не видит доказательств, что вот этот пирс находится на побережье, что вот этот дом едва ли не вплотную стоит к воде, а вот этот забор полностью перекрывает доступ к реке всем не привилегированным гражданам Украины. Отметим, что у бывшего помощника депутатов Виктора Потернака в собственности еще более 20 объектов недвижимости. У обычного помощника бывших социалистов из партии Александра Мороза…

Смотрите также:

Смертельные рецепты уличной еды

Финансовые стервятники из НБУ

Опасная красота

Хотите первыми получать важную и полезную информацию? Подписывайтесь! Telegram, Viber, Twitter, Facebook, Instagram и YouTube
Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...