"У некоторых политиков есть психологические отклонения". Интервью с психологом

В фокусе

"У некоторых политиков есть психологические отклонения". Интервью с психологом - фото

Директор Института психологии им. Костюка Сергей Максименко рассказал «Вестям», как отразился Майдан на характере украинцев, почему наша страна в лидерах по суицидам и нужны ли кандидатам в президенты справки от психиатров.

— Сергей Дмитриевич, существует такое понятие, как историческая память, которая отражается на ментальности нации. Что в этом плане можно сказать об украинцах, есть ли особые черты украинского характера?

— Если говорить о менталитете украинцев, то он основан на совокупности генетических и социальных условий. В процессе исторического развития вся система взглядов и ценностей содержалась в укладе жизни украинцев. Украинец по своему историческому генотипу всегда был приверженцем своей территории — среды обитания. Потому что государства как такового не было. Украина всегда была под кем-то, и это сформировало божественное отношение к месту жительства. Мы почитали свою территорию и никогда не стремились завоевать чужую.

— Но ведь территория современной Украины довольно большая, а следовательно, мы должны отличаться друг от друга или же нет, все похожи?

— Конечно, отличаются. Восток отличается от запада, север — от юга. Но в то же время я бы выделил отличительные качества украинцев. Первое, как я говорил выше, трепетное отношение к месту обитания. Второе — эмоциональность, индивидуализм, религиозность, трудолюбие, хозяйственность. Третьей чертой украинцев можно отметить преобладание сердца над разумом. Да, у украинцев присутствует дух авантюризма, который уживается с терпимостью. Но терпимость эта не переходит границы, так как украинцы всегда отстаивали, но не завоевывали.

Для украинцев характерно преобладание интровертированности — уход в себя, познание своего внутреннего мира, в этом плане мы ближе к жителям Ближнего Востока. Потому мы свои действия и поступки сверяем с мнением окружающих. Украинцам не безразлично, что о них думают люди. Еще есть одно отличительное качество — получить все и немедленно, а так не бывает. 


Карта стереотипов украинцев. Что жители разных городов думают друг о друге


 — А как же такие национальные черты характера, которые даже воспевали классики: «моя хата с краю» и «душит жаба»?

— Среда обитания украинцев в сочетании с хозяйственностью породила индивидуализм и некую завистливость. Что в свою очередь отразилось в метафорах, как упомянутых вами, так и многих других.

— Отразился ли как-то Майдан на характере украинцев?

— После революционной активности украинцев, а в 2013–2014 годах она была не единственная, были и до этого, всегда шел спад, появлялись пессимизм, неуверенность в себе и недоверие к власти. Оно и понятно: сначала идет раскрепощение, выброс адреналина и серотонина, а затем — опустошение, разочарование. Особенно если еще сказывается груз экономической ситуации. Впрочем, разочаровались в произошедшем не все украинцы, а только часть. Да, растет негодование в отношении чиновников и олигархов, но оно еще не окрашено определенными мыслями. Сейчас появляются отдельные группы, которые подогревают страсти, но население это плохо воспринимает.

— То есть сейчас протестного потенциала еще нет? Ожидать третьего Майдана не стоит?

— Да, в сегодняшнем обществе присутствуют недовольство и разочарование, но сильного протестного потенциала нет.

— В 2014–2015 годах был сильный подъем патриотизма. Сейчас же создается такое ощущение, что его пытаются насаждать — спецуроками в школах, украинизацией, запретами… Это эффективно? 

— Ну я бы не сказал, что патриотизм сошел на нет. Заметно, что процент доверия к власти и ее действиям снизился. Но это не говорит о том, что народ разочаровался в стране, перестал верить в Украину. Народ стремится, мечтает что-то изменить, но не в состоянии это сделать, поскольку нет рычагов власти. По нашим данным, 69% украинцев еще верят, что все изменится к лучшему. Другой вопрос, что политики не могут конвертировать эту веру в реальные действия. Те, кто сегодня идет во власть, не могут даже придумать хорошие лозунги. Они непонятные и путанные.

— Есть ли цифры, характеризирующие психологическое состояние украинцев?  

— Официально, по данным Минздрава, в 2017 году 185 тыс. человек в нашей стране был поставлен диагноз «психическое расстройство». Более 1,6 млн наших соотечественников находятся под наблюдением психиатров и врачей-наркологов.

Что касается депрессивных настроений, то этому сейчас способствуют экономический фактор и неуверенность в завтрашнем дне. Засилье негатива в информационном пространстве, конечно, усугубляет в целом ситуацию. К депрессиям склонны 5% мужчин и 7,4% женщин, у переселенцев и ветеранов военного конфликта на востоке Украины этот показатель составляет не менее 22%.

Более того, Украина по-прежнему среди 25 стран мира по уровню самоубийств. В 2017 году показатель смертности от суицидов составил 15,3 на 100 тыс. населения. Это выше, чем в большинстве европейских стран. Впрочем, мы прогрессируем, поскольку в 2005 году этот показатель достигал 22,6.


"Рагули" против "жлобов" – что мешает Украине быть единой


 — Стали ли украинцы чаще обращаться к психологам? 

— Плохо, что не обращаются участники АТО, переселенцы и их родственники. Конечно, психологическую помощь у нас поучить не так уж просто, немногие могут себе это позволить, так как услуги психологов сейчас преимущественно платные. У нас только начинает возрождаться система кризисных центров для переселенцев, для детей с особыми потребностями. Сегодня, как никогда, надо заниматься вернувшимися из АТО, поскольку многие считают, что их не понимают, у них усиливается депрессия, суицидальные мысли. Наш кризисный центр, например, ими занимается бесплатно, есть даже специальные стационары, где лечатся бывшие бойцы. Сегодня в институте проблем медицины труда существует отделение реабилитации, где находятся 80 пациентов с глубокими психологическими травмами. Но они не идут к психологам, идут просто к врачам. Такой у нас менталитет.

— А в чем проблема? Не хватает психологов, средств, возможностей или же методика реабилитации отсутствует?

— Я, как президент Общества психологов, заявляю, что у нас сегодня работает около 24 тыс. психологов во всех областях. Но достучаться до бойцов АТО они не могут. Чтобы работать с экс-бойцами, надо подавать заявку, составлять договор, искать помещение… Немногие готовы на все это идти, а государство не помогает. Как рассказывают частные психиатры, многие вчерашние бойцы обращаются к ним с проблемами анонимно. А значит, этот вопрос очень актуален. Заниматься с людьми надо сразу же после их возвращения на гражданку, потому что каждый переживает стресс по-своему: один сдерживает эмоции, а второй — нет. И это очень опасно как для самого человека, так и для его окружения.

— Сколько времени уходит на реабилитацию одного бойца?

— Реабилитация может занять как совсем короткий период времени, так и несколько лет. Если была паническая атака или другие симптомы, связанные с посттравматическим расстройством, и если через месяц-два человек не пришел к специалисту, то выводить его из этого состояния придется очень долго.

— Есть ли какие-то конкретные признаки, на которые нужно обратить внимание родственникам экс-бойцов. Что должно насторожить?

— Люди, побывавшие на войне, могут по-разному переживать такой опыт, все зависит от индивидуальных особенностей, силы и продолжительности стресса. В первую очередь насторожить должны внезапные панические атаки и гнев, навязчивые неспокойные мысли и зацикленность на них. Также ветеран АТО может быть подвержен страхам, ночным кошмарам, напряжению, нервозности, чувствам отчужденности, апатии, разочарования и стыда. Кроме того, наличие психологических проблем и пережитый стресс могут повлечь за собой и ухудшение общего состояния здоровья. Это чаще всего проявляется в головных болях и болях в области сердца, проблемах с желудком.

Самим ветеранам и их родственникам важно понимать: такие реакции психики и организма на травматичные события — нормальны. Их психика пытается защититься от ужасов, которые им пришлось пережить. Не бойтесь обращаться за психологической помощью — это обычная практика цивилизованного общества во всем мире.

— В свое время была идея, чтобы потенциальные кандидаты в депутаты, президенты показывали справку от психиатра о своем здоровье. Мол, нынешние политики ведут себя не всегда адекватно. Как вам такая идея?

— Законодательно такой нормы нет, но, на мой взгляд, не только политики, но и все государственные служащие должны проходить психологическую и психиатрическую экспертизу.


Психиатр: "У Савченко нет шизофрении и всего такого. Особенность личности — это не диагноз"


 — А есть ли сейчас политики, на ваш взгляд, нуждающиеся в психологической помощи? Ведь опытный специалист это понимает по речи, жестикуляции и массе других малозаметных обычным людям признакам.

— Да, наблюдая за нашими политиками в зале Верховной Рады и на телевизионных ток-шоу, я замечаю у некоторых из них психологические отклонения. Нужно понимать, что депутаты и представители власти такие же люди — со своими страхами, стрессами, неразрешенными внутренними конфликтами, и иногда, как и все мы, они нуждаются в помощи специалистов-психологов.

Загрузка...