Мама топ-модели с синдромом Дауна: "Мы ломаем стереотипы"

В фокусе
Мама топ-модели с синдромом Дауна: "Мы ломаем стереотипы" - фото

Впервые в истории Украины винничанка Мария Гнатик с синдромом Дауна в свои 13 лет покорила международное жюри. В мае Маша приняла участие в международном этапе конкурса Interbriliant World Spring 2019 в Чехии и получила заветную корону. Представительница Украины заняла первое место в детском конкурсе красоты Top Model Interbriliant World Spring 2019 в номинации "Звезда, которая восходит". Пятиклассница оказалась первым ребенком, который представлял Украину на конкурсе такого уровня. И кроме короны победительницы, Маша получила награду за танец на конкурсе "Талант" и за рок-образ в конкурсе "Кот в мешке". Какие испытания на пути к победе прошла Мария и ее родители, "Вестям" рассказала мама Маши Татьяна Гнатик.

— Как вам пришла идея поехать с Машей на международный конкурс? 

 — Случайно. Так получилось, что Маша занимается танцами с шести лет, сцена — это ее жизнь. Я активно занимаюсь общественной деятельностью и очень часто Маша задействована в разных социальных проектах. На одном из мероприятий ее заметила представитель конкурса Interbriliant World Spring в Украине Оксана Кондратенко и предложила попробовать пройти отборочный тур в Киеве. Мы серьезно подошли к данному мероприятию — и Маша победила в номинации "Покорение вершин" и получила право представлять Украину.

 — Вы участвовали в конкурсе дистанционно. Почему не поехали в Чехию?

— У нас не получалось поехать по семейным обстоятельствам. А кроме этого, нас уже пригласили на танцевальный конкурс в Украине, к которому Маша вместе с Иваном, у которого тоже синдром, подготовили много номеров. Когда поняли, что не получится поехать, много накладок, сообщили организаторам. Они сказали, что есть выход — можно участвовать дистанционно. Подобное практикуется, так как среди участников много детей из разных стран, главное — сделать качественное видео для презентации, по соответствующим нормам. Пришлось серьезно потрудиться, так как опыта сниматься в роликах у Маши не было, да и в школу моделей мы не ходили. Много пришлось переделывать после отснятого — то не так встала, не туда посмотрела. Бывало, что и десять раз Маша повторяла, пока не добились идеального выхода. Она старалась, просматривала отснятый материал и повторяла так, как говорил оператор. Но ей это нравилось.

Мама топ-модели с синдромом Дауна:

 — А как учеба? Удается совмещать с занятиями?

— Маша ходит в самую обычную школу. Мы не стали оформлять ее в спецшколу, поскольку там бы она жила в ограниченном мире. Да и одноклассники очень любят Машу, они вместе с шести лет. Сначала они все были одинаковыми, а сейчас уже взрослеют и понимают, что с Машей, что она не такая, как все. И если кто-то на Машу косится или что-то говорит в ее адрес обидное, они дают отпор, защищают. И Маша их любит, как только получает призы — сразу в школу несет, всем показывает. Получила корону — понесла в школу, так уже половину камней растеряла — замеряли. Одноклассники ею гордятся, всегда хвалят: "Молодец! Смогла! Сделала! Осилила!" Радуются ее победам. Нам очень повезло с классом, к тому же Маша у нас первопроходец. Она одна из первых пошла в обычный садик, обычную школу. При том что меня настраивали окружающие не записывать Машу в обычную школу, мол, ее будут там обижать. Но я рискнула и не жалею. Мы изменили стереотипы.

 — Трудно было это сделать? С чем приходилось сталкиваться?

 — Прежде всего, с непониманием. Чтобы устроить Машу в 2008 году в детский садик, мне пришлось оббегать с десяток. Все отказывались брать особенного ребенка, и только в одном директор согласилась. И благодаря садику, благодаря тому, что Маша общалась с детками, она начала разговаривать, учиться читать, писать, рисовать и делать поделки. Она начала социализироваться.  


70-летняя модель: "Если сама себе не нравишься — это проблема"


 — Как показывает практика, родители особенных детей оказываются в ловушке. Им приходится уходить с работы, полностью посвящая себя ребенку. У вас была такая же ситуация?

 — Нет. Я нестандартная мама и у нас нестандартная семья. Когда Маша ходила в садик и в младшую школу, я успевала заниматься бизнесом. Параллельно я искала методики, специалистов, которые нам смогли бы помочь. Мы с ней плыли против течения. И все это время Маша росла среди обычных людей, она не сталкивалась с такими, как она, до того момента, когда я занялась помощью семьям с детьми с синдромом Дауна. 

  — То есть Маша подтолкнула вас к общественной деятельности?

 — Можно и так сказать. У меня сейчас свой центр, общественная организация "Винница Даун-синдром", который появился два года назад. Теперь я помогаю семьям, где растут солнечные дети. Я всегда говорю родителям, что дети — ваши заложники. Какую дорожку в жизнь вы им проложите, так они и будут жить. Среднестатистические дети могут сами пробиться в жизни. А с особенным ребенком надо работать — нужно приложить усилия, чтобы раскрыть его творческий потенциал, чтобы занять его интересным делом. Кроме родителей, никто: ни спецучреждение, ни общество ребенку не помогут. К сожалению, дети с синдромом Дауна становятся заложниками — они воспитываются если не в спецучреждениях, так сидят в четырех стенах дома. К нам сейчас приводят деток по 8–10 лет, которые до этого фактически не выходили из дома. А самый эффективный возраст с 4 до 6 лет, когда можно вложить в ребенка знания, когда его проще социализировать. Но мы еще столкнулись с тем, что надо помогать не только ребенку, но и мамам, которые зачастую находятся в глубокой депрессии. Родителям не просто принять то, что у ребенка синдром, еще хуже, если мамы одни поднимают ребенка. К счастью, в последние годы родители детей с синдромом уже становятся более открытыми, не впадают в уныние. Уже приходят к нам даже с младенцами, и у них уже все распланировано и расписано — куда они пойдут, когда и т. д. Никто из нас не готовился стать родителями особенного ребенка. Я точно. Мои мечты были не такие и было очень непросто перестроиться и жить по новому плану.

Мама топ-модели с синдромом Дауна:

 — Рождение дочери с синдромом стало для вас полной неожиданностью?

 — Еще какой. Первый ребенок. Мне всего 20 лет. Первые мысли: как, почему, за что? А тут еще и общество, которое не поддерживало. Да, сочувствовало, но не помогало. Оставалось только плакать и себя жалеть. Но я изучала заграничный опыт и следовала ему. И сегодня, спустя время, могу сказать, что многое изменилось к лучшему. Родителей уже не так пугает рождение солнечного ребенка, общество уже не отталкивает такие семьи и детей. И мы со своей стороны делаем все, чтобы разрушить стереотипы.

 — А чем Маша хочет заниматься дальше? У нее есть мечта?

 — Пока сложно сказать. Она подросток и у нее все меняется каждый день. Пока мы живем в поле ее комфорта. Ей нравится танцевать, ей нравится модельный бизнес — мы этим и занимаемся. Параллельно я изучаю опыт профориентации детей с синдромом, как прививать профессиональные навыки. Сейчас пытаемся пробивать инклюзию в техникумах и профучилищах. В садиках и школах уже принимают детей, а вот что делать после 16 лет — неизвестно.

  — Какие у вас с Машей планы на ближайшее время?

 — Готовимся ехать на кубок Европы по танцам в Болгарию. Кроме этого, Маша увлеклась индийскими танцами. Ну а вообще она типичный подросток — нравятся компьютеры, гаджеты, соцсети.

Загрузка...
Loading...